d_v_sokolov (d_v_sokolov) wrote,
d_v_sokolov
d_v_sokolov

Крестный ход в память Русского исхода и панихида по жертвам Красного террора

Оригинал взят у khodakovsky в Крестный ход в память Русского исхода и панихида по жертвам Красного террора

17 ноября после воскресной Литургии в 12 часов на горе Митридат начался ежегодный крестный ход, посвящённый Исходу Русской Армии из Крыма. У места, где ранее располагалась часовня Ивана Алексеевича Стемпковского, по устному преданию, в 1920 году защитниками православной Руси был отслужен последний молебен на родной земле перед посадкой на суда для вынужденной эвакуации на чужбину. Именно здесь по традиции собрались керчане и гости из других городов, которым близка боль трагедии ноябрьских событий 93-летней давности.



Отсюда с горы Митридат хорошо просматриваются два берега русской земли: европейский и азиатский, разделённые Керченским проливом — этот вид запечатлелся в памяти наших соотечественников, навсегда покидавших Россию.



К присутствующим с кратким словом обратился предводитель Керченского союза монархистов Геннадий Борисович Григорьев, который подчеркнул, что нынешний крестный ход впервые проходит по благословению правящего архиерея — митрополита Феодосийского и Керченского Платона (Удовенко). И добавил, что ход начнётся молебном на вершине горы Митридат и, повторяя исторический путь, проследует к пристани, чтобы отдать дань подвигу защитникам Веры, Царя и Отечества.







Г. Б. Григорьев также обратил внимание собравшихся, что крестному ходу в течение десятка лет всегда сопутствует хорошая погода: так и сегодня тихий бриз и солнце сменили вчерашний резкий ледяной ветер и пасмурные облака.





Протоиерей Николай Зиньков, иереи Георгий Васецкий и Алексий Якушев отслужили молебен прославленному в лице святых последнему Царю Николаю, который окончился общей коленопреклоненной молитвой о восстановлении православного царства.











Под звон колоколов церкви Иоанна Предтечи участники спустились по Митридатской лестнице. Пройдя с пением молитв площадь у собора, шествие направилось в приморский сквер к поклонному кресту-ладье в память Русского исхода, украшенного букетом цветов и венком с надписью «Вечная память белым воинам».













Здесь Г. Б. Григорьев вручил пяти лицам за труды на поприще сохранения идеалов Белой борьбы памятные медали «Уходили мы из Крыма», выпущенные к 90-летию эвакуации: Сергею Владимировичу Варавину, Виктору Анатольевичу Сиденко, Роману Петровичу Дёмочкину, Константину Станиславовичу Рябинину и Сергею Владимировичу Оникийчуку.









Геннадий Борисович указал, что инородный ритуал чтить память усопших минутой молчания несвойственен для православного человека, ибо означает пустоту, и призвал собравшихся помянуть молитвой погибших воинов и всех почивших на чужбине, ибо их души всегда с нами. Духовенством была отслужена краткая лития. К кресту был возложен ещё один венок от соратников из Щёлкина с надписью «Претерпевшим Исход — сохранившим веру».





Затем присутствующие развернулись и подошли к памятнику праведному воину Феодору (Ушакову), где исполнили тропарь и величание этому святому.





Вновь зазвонили предтеченские колокола — крестный ход продолжил движение к набережной и вышел на пирс для торжественного спуска венков на воду.











Здесь к собравшимся обратился о. Николай Зиньков, который сказал, что историческая память о трагедии нашей родины, когда православный народ был разделён и ввержен в братоубийственную войну, должна предостерегать нас от повторения подобной беды. Он также говорил, что, несмотря на мир и относительное благополучие, мы живём в непростое время, когда разделённому на отдельные государства русскому народу навязываются «ценности», искони считавшиеся нашими предками смертельными грехами; и призвал стремиться к духовному единению, стоянию в чистоте и истине через Таинства Церкви.



Отца Николая поддержал иерей Алексий Якушев, который отметил важность воспитания детей в духе традиционных христианских ценностей. Слово было предоставлено гостям В. А. Сиденко из Белогорска и С. В. Варавину из Щёлкино, которые подчеркнули важность ежегодного проведения в Керчи памятного крестного хода, который с 2010 года по предложению Керченского союза монархистов стал проводиться в Севастополе , Ялте и Феодосии.



Краткую историческую справку о некоторых подробностях эвакуации дал старший научный сотрудник Керченского историко-культурного заповедника, который указал, в частности, что из Керчи вышло 39 судов, на которых находилось до 39 тысяч человек, что составляет значительную долю от общего числа эвакуированных (около 150 тысяч).



Атаман Керченского союза казаков подчеркнул значение казачества в деле сопротивления установлению безбожной власти на территории Святой Руси.



В заключение Г. Б. Григорьев зачитал слова Петра Николаевича Врангеля, произнесённые в Белграде 10 октября 1923 года: «Русская Армия — это не только последняя горсть защитников родины, это не корниловцы и марковцы, не гвардейцы — последний батальон Императорской Гвардии, это не донские, кубанские, терские казаки, — Русская Армия — это всё русское воинство, оставшееся верным русскому знамени. Русская Армия — это всё, что не Совдепия, — это Россия…» и призвал к объединению людей доброй воли для восстановления православной государственности и русского уклада жизни.





Стаи птиц тихо кружили над морем и улетали в сторону пролива. Были приспущены флаги Керченского союза монархистов и Керченского союза казаков — на воду спущены два венка от этих организаций с надписями «Защитникам Веры, Царя и Отечества».





Участники крестного хода исполнили молитву русского народа «Боже, Царя храни!». Крестный ход окончился.

Накануне в субботу 16 ноября у поклонного креста жертвам красного в Керчи 1920—1921 годов в ограде церкви апостола Андрея Первозванного в 11 часов совершена панихида протоиереем Николаем Зиньковым и священником Алексием Якушевым в присутствии верующих.







Крест-кенотаф установлен в 2010 году на пути следования от места заключения в городской тюрьме к предполагаемому месту казни (старые рудники металлургического завода). Панихида по традиции приурочена к дням эвакуации военных и гражданских лиц в ноябре 1920 года, ознаменовавшей установление советской власти в Крыму и проведение массового террора по отношению к своим гражданам, надеявшимся на исполнение обещаний об окончании гражданской войны и помиловании всех сложивших оружие. Однако, по наскоро составленным тройками обвинениям в массовом числе казнили не только воинов Русской армии, но и лиц, совершенно не причастных к сопротивлению большевизму.







По завершению панихиды отец Николай обратился к молящимся и сказал примерно следующее: «Мы собрались здесь, чтобы вспомнить события почти столетней давности, которые не должны забывать не только наши дети, но и внуки, потому что безвинно пролитая кровь убиенных вопиет к Небу. Установление безбожной власти на Святой Руси привело к проявлению особой жестокости по отношению к собственному народу и служителям алтаря. Многие умученные сейчас уже прославлены в лике святых, но о личном подвиге скольких мы ничего не знаем и никогда не узнаем? Так пусть Господь упокоит их души в селениях праведных. Наша задача, как и прежде, состоит в твёрдом стоянии в вере Христовой».





Предводитель Керченского союза монархистов Г. Б. Григорьев вручил отцу Николаю памятную медаль «Уходили мы из Крыма» за неустанные труды по сохранению памяти о Русском исходе и подвиге защитников Веры, Царя и Отечества. Отец Николай поклонился кресту, а за ним — все присутствующие.



Ходаковская В. В.

Исторические подробности: П. Н. Врангель побывал у берегов Керчи перед отправлением в Константинополь

Владимир Львович Бурцев взял интервью 19 ноября у генерала П. Н. Врангеля, то есть ещё во время проведения Крымской эвакуации, в котором Пётр Николаевич говорит следующее: «После завершения эвакуации в Севастополе я посетил Ялту, Феодосию и Керчь, где наблюдал за погрузкой частей и населения, и уехал из Керчи только после того, когда убедился, что последний солдат был погружен».

Из этих слов следует определённый вывод, что Главнокомандующий был у берегов Керчи. В самом городе, как свидетельствуют другие исторические данные, он не побывал. Это объясняется завершающей стадией эвакуации и опасностью Керченского пролива, через узкий фарватер которого к тому же должны были выходить суда из Керчи. Но где именно остановился крейсер «Генерал Корнилов» в ожидании донесений о ходе погрузки в Керчи?


Крейсер Генерал Корнилов

Крейсер «Генерал Корнилов» в Бизерте

В своих хронологических записях «На крейсере „Генерал Корнилов“» К. Тимофеевский пишет, в частности, следующее: «Около 11 часов [16 ноября] прибывают командир французской канонерки, о чём-то совещается с главнокомандующим. Наконец, решено, не стрелять [по Феодосийскому берегу]. Играют отбой. Снимаемся с якоря и медленно двигаемся на восток по направлению к Керчи.

Около 2 часов „Waldeck-Rousseau“, который ранее прибыл сюда, отходит в Константинополь. На его мачте взвивается флаг главнокомандующего, и доносится салют в 21 выстрелов. „Корнилов“ отвечает тем же и поднимает французский флаг.

„Корнилов“ до вечера остаётся на месте. Ждут „Гайдамака“, ушедшего в Керчь. У всех настроение улучшилось. Всех подбадривает отличный ход эвакуации. Перехватывается радио красных из Феодосии…»

То есть движение крейсера в сторону Керчи заняло до трёх часов времени, затем уже на стоянке «Waldeck-Rousseau» ушёл в Константинополь. Чтобы ответить на вопрос, где находился «Генерал Корнилов», следует обратить внимание на цель его движения. Как известно, посадка в Керчи шла гораздо труднее, чем в других городах: это была последний пункт эвакуации и корабли были чрезвычайно переполнены людьми, которые впоследствии, уже в море, были частью перегружены на другие суда. По всей видимости, крейсер большого водоизмещения стремился максимально приблизиться к Керчи для оказания помощи в случае отсутствия возможности погрузить эвакуируемых.

П. Н. Врангель стремился забрать всех пожелавших отправиться на чужбину белых воинов, и при необходимости корабль вполне мог взять на свой борт сотни дополнительных пассажиров. Хотя «Генерал Корнилов» предназначался специально для Главнокомандующего, его штаба, командующего флотом со штабом и некоторых лиц из центральных управлений, по воспоминаниям К. Тимофеевского, находившегося на его палубе, на борт в виде исключения принимались поначалу семьи военных и морских офицеров, не поместившиеся на другие корабли, а в последние дни эвакуации на крейсер погрузили и много посторонних лиц, желающих выехать из Крыма: «Все палубы, трюмы, кубрики — всё было переполнено беженцами, вещами. Команда ютилась в перемежку с частной публикой».

Крайней возможной точкой движения крейсера на восток был вход в Керченский пролив. К тому же именно в этой точке находилась группировка судов, осуществлявших эвакуацию из Керчи. Вот, что об этом говорит вахтенный начальник корабля «Ростислав» Александр Александрович Штром: «[16 ноября] Миновали Керчь, погружённую в полный мрак, и ночью подошли к маяку Кыз-­Аул, где находились все плавучие средства, ранее ушед­шие и уведённые из Керчи. Так закончился последний акт героической борьбы. Мы были пос­ледним заслоном».

Именно к Кыз-Аульскому маяку на юго-восточной оконечности Керченского полуострова, по-видимому, и приблизился «Генерал Корнилов» с П. Н. Врангелем на борту, и, когда последний убедился в нормальном ходе керченской эвакуации, отсюда уже отбыл к Константинополю, возможно, предварительно взяв на борт несколько сот людей. Суда керченской группировки простояли близ города в ожидании топлива и только 18, 19 ноября ушли к Босфору.

Погрузку прикрывали боевые суда 2-го отряда Черноморского флота, выставленные в Керченском проливе и готовые отразить преследование, в том числе плавучая батарея «Ростислав» — у входа в Азовское море, команда которой в последний момент затопила судно для затруднения выхода красной флотилии в пролив и Чёрное море.

Точное число эвакуированных из Керчи неизвестно, но П. Н. Врангель сообщает общее количество вывезенных из Крыма — 145 693 человека без учёта судовых команд. Данные французской разведки сообщают о 111 500 прибывших в Константинополь ещё до прихода кораблей из Керчи. Таким образом, с учётом предположительного размера судовых команд в несколько тысяч человек, из Керчи было эвакуировано до 39 тысяч граждан, то есть порядка четверти ушедших из Крыма.

Ходаковские К. Н. и В. Н.


Tags: Белое движение, Крым, Русский Исход, из френдленты, память, перепост
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments