d_v_sokolov (d_v_sokolov) wrote,
d_v_sokolov
d_v_sokolov

Categories:

Ефросиния Керсновская. «Сколько стоит человек». Часть 7.

Оригинал взят у elena_sem в Ефросиния Керсновская. «Сколько стоит человек». Часть 7.
Ефросиния Керсновская. «Сколько стоит человек». Часть 7.

Дети в лесу

Нет! Речь идет не о Мальчике-с-Пальчике и не о Ване и Маше, а о детях 11-14 лет из поселков Чер-кесск и Каригод. Это школьники. Они обязаны рабо­тать на лесоповале.

Специальной детской нормы нет, а выполнить обычную человеческую норму, которую справедли­вость требует назвать буквально «нечеловеческой», разумеется, им не под силу. Эта работа дает детям право купить себе пайку хлеба в 700 грамм. Но даже если бы они предпочли свой иждивенческий паек хле­ба в 150 грамм, им бы этого не разрешил леспромхоз, чьими крепостными является все местное таежное население.

Больно смотреть на этих малышей в отцовских кар­тузах и материнских кофтах, ловко орудующих ло­патами и поразительно сноровисто откатывающих стягами лесины!

Четырнадцать таких мальчишек и девчонок даны мне для выполнения вспомогательных работ на про­кладке узкоколейки.

Они дети, но вместе с тем есть в них что-то взрос­лое: все эти дети родились кто на Украине, кто в Алтайском крае и пережили ужасы раскулачивания и ссылки. Здесь главным образом «улов» 1937 года, хотя есть и с 33-го. (Первый «улов» - 1930-го или 1931 года - едва успели нарыть землянки и почти все по­умирали.) Кое-что они помнят: некоторым тогда было уже по 5-7 лет. Это, равно как и жизнь на «новой ро­дине», наложило особый отпечаток на них, на их не по-детски серьезные разговоры.

Каждый рассказывает мне вкратце историю своей жизни, мытарства семьи, кто и где умер. Есть очень хорошие рассказчики. Например, все ребята Турыгины: Павлик, Шура и Володя. Рассказ Шуры до того ярок что, производит прямо-таки потрясающее впе­чатление.

Наконец очередь доходит до Таи - высокой, строй­ной, на редкость миловидной девочки с дивными ко­сами. Ей лет 14. Она самая старшая из моей «брига­ды».

- А твой отец что, тоже ссыльный?

- Нет! - с гордостью отвечает Тая. - Он вольный.

- Я его что-то не встречала. Где он?

- Он - в тюрьме!

Один вольный - и тот в тюрьме! Рассказ Таи поверг меня в недоумение. Оказыва­ется, ее отец был продавцом и сделал растрату:

- Его все равно посадили бы. Так он решил: семь бед - один ответ. И устроил бабушке шикарные име­нины, угостил всех на славу - из восьми килограммов конфет брагу наварили. И пироги были!

До чего все это казалось мне диким!

А как дети ждали начала занятий в школе! Но при­шло 1 сентября, и начальник леспромхоза отменил на этот год школу: «Война! Пока не уничтожим фашис­тов - никакого учения. Надо работать!»

В ту зиму работали все. И самые слабенькие ребя­тишки одиннадцатилетний чахоточный Володя Туры-гин и десятилетняя Валя Захарова были счастливы, что им досталась «легкая» работа кольцевиков. В лю­бую погоду - и в пургу, и в пятидесятиградусный мо­роз - ходили они с сумками почты: отчеты, рапорты, доносы - из Усть-Тьярма в Суйгу, больше 50 кило­метров в один конец! И за это получали право поку­пать себе 700 грамм хлеба!

Но это было зимой, а пока что стояло лето.
Tags: ГУЛАГ, большевики, из френдленты, перепост, судьбы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments