d_v_sokolov (d_v_sokolov) wrote,
d_v_sokolov
d_v_sokolov

Как после смерти сталина совецкий народ с совецкой властью боролся

Оригинал взят у dneprovskij в Как после смерти сталина совецкий народ с совецкой властью боролся
В очередной раз, приводя в порядок свои архивы, обнаружил ценный раритет - брошюру В. Пономарёва "ОБЩЕСТВЕННЫЕ ВОЛНЕНИЯ В СССР: ОТ ХХ СЪЕЗДА КПСС ДО СМЕРТИ БРЕЖНЕВА", выпущенную в 1990 году издательством "Левый Поворот". Текст пришлось перенабирать вручную, но "игра стоила свеч": в Сети этого материала нет - а, между тем, он служит прекрасной иллюстрацией совецких сказок о "единстве партии и народа",  "пролетарском интернационализме" и прочих "завоеваниях октября". Так что, полагаю, познакомиться с текстом будет интересно многим.
 

На фото: 1989 год, антикоммунистический митинг в Душанбе. Фото Валерия Щеколдина, взято здесь: http://www.toptj.com/News/2011/09/11/antisovetskie_vistupleniya_v_tadzhikistane_glazami_valeriya_schekoldina

Особо рекомендую этот материал к прочтению членам кургинянского фан-клуба и прочим "детям полка и внукам саркофага", которые назойливо предлагают нам "возвращаться в Ысысысэр" - может быть, хоть этот текст немного излечит их от СГМ (Социализьма Головного Мозга). По крайней мере, очень надеюсь именно на это... 



В. Пономарёв

ОБЩЕСТВЕННЫЕ ВОЛНЕНИЯ В СССР:
ОТ ХХ СЪЕЗДА КПСС ДО СМЕРТИ БРЕЖНЕВА

ИЦ «АЗИЯ» и «ЛЕВЫЙ ПОВОРОТ»

1990 г.
Публикуемый ниже материал представляет собой предварительное сообщение по проекту, начатому группой московских исследователей по изучению истории массовых общественных волнений 50-х – 80-х годов. Эти волнения представляют один из интереснейших феноменов совецкой истории, к сожалению, почти неизвестный нашей исторической науке. Приводимые ниже данные не претендуют на полноту, однако, достаточно показательны для анализа тенденций и эволюции форм общественного недовольства в различные периоды.

Что мы понимаем под «общественными волнениями»?

Говоря об общественных волнениях в СССР, необходимо определить предмет нашего исследования. В широком смысле, общественным волнением является всякое социальное возмущение, выраженное в форме коллективных действий. В настоящей статье мы, однако, ограничимся рассмотрением лишь случаев уличных выступлений (митинги, восстания, захваты административных зданий и др.), оставляя в стороне многочисленные забастовки или, например, сборы подписей под петициями в официальные инстанции. Такое ограничение предмета исследования концентрирует наше внимание на наиболее радикальных, для застойного времени, формах проявления общественного недовольства, а также позволяет осуществить процедуру проверки исходной информации по многочисленным источникам, что не всегда возможно в отношении других форм «волнений».

Приведённое нами уточнение предмета исследования не означает, разумеется, что всякое уличное выступление может быть отнесено к «общественным волнениям» в действительном значении этого термина. Например, демонстрация одиночных участников или небольшого числа семей является часто жестом индивидуального отчаяния или декларированием личной политической позиции, но не обязательно связана с волнениями более-менее широких слоёв общества. Конечно, индивидуальные действия могут вызвать впоследствии значительный общественный резонанс. Это волнение исследуется нами в том случае, если оно выплескивается в форме уличных выступлений, но непосредственно об индивидуальном действии, вызвавшем его, мы упоминаем, лишь как о причине событий.

По соображениям практического плана, в настоящей работе использован критерий – не менее 50 участников – как показатель «массовости» события.

Следующая проблема, на которой следует остановиться – это разграничение «волнений» и не относящихся к ним сборов людей под открытым небом.

В первую очередь, речь идёт о многочисленных собраниях по случаю традиционных дат, включая сюда религиозные и национальные праздники. Такие события, сами по себе, не являлись запрещёнными. Хотя власти, а иногда и участники, смотрели на них как на своеобразный «вызов» тотальному господству коммунистической идеологии, в действительности лишь попытки репрессий и пресечения праздничных шествий создавали острую ситуацию ярко выраженного противоборства и социальной оппозиции. Нами рассматривается здесь лишь ограниченное число случаев, связанных с массовым применением силы или с демонстрацией собравшихся против задержания отдельных участников происходящей встречи или праздника.

Другим распространённым видом уличных выступлений являются массовые шествия болельщиков спортивных матчей после окончания игр. Хотя такие действия часто сопровождаются значительными нарушениями общественного порядка, подобные события являются следствием неконтролируемых эмоциональных поступков и не имеют основой социальное возмущение тех или иных групп общества. Известные нам единичные случаи национальной или политической мотивации подобных действий включены в приводимый ниже перечень.

По всей видимости, не могут быть отнесены к уличным волнениям и случаи скопления людей у зданий судов во время отдельных процессов, ожидания исходов переговоров в районе административных зданий , участие в похоронах, милицейские депортации и т. п.. Что касается инцидентов с милицией в связи с задержаниями отдельных лиц, то рассматриваются лишь случаи открытых бунтов или собраний у административных зданий с выдвижением чётких требований.

В настоящей работе мы совершенно не касаемся событий, происходивших в местах заключения или в воинских частях.

Источники информации

Документальная база исследований массовых общественных волнений в СССР является весьма ограниченной и неполной. Всё же, она не так скудна, как может показаться на первый взгляд. Назову здесь прежде всего издания правозащитников: «Хроника Текущих Событий» (1968 – 1983 г.г.), «Вести из СССР», информационные материалы крымских татар, «Хроника литовской католической церкви», другие издания и отдельные документы. Некоторая информация разбросана в мемуарах эмигрантов, рукописях историков (А. Некрич, Р. Медведев и др.), художественно-публицистических текстах или в появляющихся в печати воспоминаниях очевидцев (например, текст П. Сиуды). Следует особо отметить статью В. Белоцерковского о рабочих волнениях начала 60-х годов, материал для которой был собран автором на основе личных опросов. Материалы по отдельным событиям появлялись и в иноязычной печати. Большая часть имеющейся на Западе информации из русскоязычных источников была обобщена в книге Л. Алексеевой «Общественные возмущения в СССР», которая, к сожалению, пока не увидела свет.

Неожиданным «новым» источником оказалась совецкая региональная пресса застойного времени. По многим событиям общественных волнений появлялись заметки о суде над их участниками (конечно, характеризуемых, как «злостные хулиганы», «преступники» и т. п.). По этим материалам иногда можно было уточнить даты и некоторые обстоятельства происшедшего, наиболее серьёзные приговоры и фамилии осуждённых. Если события были связаны, например, с гибелью того или иного лица, то о расследовании дела также нередко давали отдельную информацию. Наконец, в случае замалчивания происшедшего, можно было найти косвенное подтверждение события – неожиданные совещания по вопросу «укрепления общественного порядка» или не менее неожиданные собрания трудовых коллективов с участием прилетевших из Москвы высоких лиц, кадровые изменения, пленумы с повесткой дня «Об укреплении интернационализма» и т. д..

Исследовательская программа, о которой мы упоминали, включает как анализ перечисленных выше открытых источников, так и выезды на места, сбор воспоминаний очевидцев, и, по возможности, получение материалов местного МВД о происшедшем. При проведении этой работы исследователи столкнулись с тремя интересными феноменами:

- высокой степенью достоверности воспоминаний о событиях 20-и и 30-летней давности (происшедшее часто оказывалось единственным бурным происшествием в истории города, о котором люди помнят долгие годы);

- значительно бОльшим распространением информации о происшедших волнениях в национальных районах, чем в российской глубинке;

- начавшимся процессом вытеснения старых воспоминаний новыми бурными событиями политической жизни.

Подробные изучения некоторых документов МВД позволяют сделать выводы об элементах фальсификации в имеющихся официальных материалах и о почти полном отсутствии и них непосредственного описания процесса использования сил безопасности против участников выступлений. Всё это делает воспоминания очевидцев важнейшим источником восстановления действительной картины событий, значение которого не уменьшится и после открытия официальных архивов.

Некоторая статистика и тенденции

Публикуемый материал содержит краткое описание 46 общественных волнений, произошедших более чем в 49 населённых пунктах 11 республик. Эти волнения включают более 74 уличных выступлений, разделённых по месту и времени. Многодневные митинги с перерывами на ночь рассматриваются нами, как одно «событие». Географическая разбивка по регионам известных нам случаев волнений приведена в таблице 1.

ТАБЛИЦА 1. Распределение по регионам случаев общественных волнений в СССР в период 1956 – 1982 г.г.

Регион Волнения Города Уличные выступления

Россия 13 10+ 13+
В т. ч. Сев. Кавказ 4 3 4
Украина 4 6 6
Прибалтика 6 5+ 15+
Закавказье 11 9+ 15+
Средняя Азия 12 19+ 25+
В т. ч. Крым. Татары 3 11+ 13+

ВСЕГО 46 49+ 74+

Предварительный анализ описанных ниже случаев позволяет сделать интересные наблюдения. Приведём некоторые из них:

1. Из 74 уличных выступлений более около 40% приходится на столицы союзных республик. Хотя этот процент, очевидно, уменьшается по мере введения в научный оборот менее известных случаев, тем не менее, повторяемость их в политических и интеллектуальных центрах республик позволяет сделать вывод о естественном характере уличной активности для общественной жизни столичных городов (90% городов, где уличные выступления происходили более одного раза, являлись столицами республик и автономий, или «вторыми городами» республик).

2. Исключение из рассмотрения демонстраций с числом участников менее 50 человек и отрывочной информации о забастовках, а также использование новых данных об общественных волнениях в Средней Азии и на Кавказе ведёт к необходимости пересмотреть тезис о малой социальной активности в период застоя населения южного региона. Этот тезис был выдвинут в западной литературе (см., например, «СССР: внутренние противоречия», вып. 13, стр. 19) после анализа случаев общественных волнений в СССР на основе материалов правозащитных источников. Последние, однако, всегда страдали значительным евроцентризмом и не имели контактов с коренным населением восточных республик.

3. Весьма показательным является тот факт, что из 6 случаев волнений, распространившихся более чем на один город, пять были вызваны исключительно национальными причинами (Абхазия, Грузия, Казахстан, крымские татары в Узбекистане, Эстония), и лишь в одном случае (повышение цен на продукты питания в июне 1962 года) произошёл социальный протест рабочих нескольких республик (в основном, Россия и Украина). Нельзя не отметить также, что происшедшие почти одновременно в 1967 году антимилицейские восстания были спровоцированы сопровождающейся массовыми «перегибами» кампанией по борьбе с «хулиганством и пьянством», проведение которой было возложено на органы МВД.

4. Нами было проведено распределение случаев волнений по месяцам года. Полученные результаты таковы: январь – 1; февраль – 0; март – 2; апрель – 7; май – 5; июнь – 10; июль – 4; август – 3; сентябрь – 2; октябрь – 7; ноябрь – 1; декабрь – 2. Хотя выборка и сделана по относительно небольшому числу случаев, она, в целом, совпадает с впервые открытыми нами на основе статистики митингов 1987 – 89 г.г. сезонными циклами. Совпадение отмечается по числу больших пиков (три), их взаимной соразмерности и, частично, по временам возникновения. Пики конца мая – начала июля и октября полностью совпадают с выявленными нами на современном материале, что касается весеннего пика, то он сдвинут на апрель, в то время, как у современной митинговой активности он обрывается уже в начале марта.

5. Несколько слов хотелось бы сказать об эволюции форм публичных выражений социального протеста. От восстаний 1950-х – 60-х годов до мирных демонстраций, начавшихся с середины 60-х, и, не смотря на репрессии, почти полностью вытеснивших насильственные формы спустя десятилетие – таков путь, который прошло совецкое общество. Интересно, что по мере прекращения бунтов, повышается роль столиц и интеллектуального слоя. Восстания же происходили преимущественно на обездоленной пролетарской периферии, захватывали массу люмпенизированных слоёв и кровавые расправы государства над их участниками были типичным явлением послелагерной эпохи.

Упомянутые выше 46 общественных волнений, разумеется, не исчерпывают всех известных нам событий. В распоряжении автора имеется отрывочная информация ещё о 17 выступлениях – в Якутии, Абхазии (с 1954 по 1981 г.г.), Красноярском крае, Чимкентской (конец 50-х г.г.), Джамбульской (конец 70-х), Ростовской, Днепропетровской областях, рабочих выступлениях начала 60-х годов в Ярославле, Нижнем Тагиле, Лубнах, Рыбачьем, национальных волнениях в Назрани (1972 год) и др.. К этому списку следует добавить многочисленные случаи жестокого подавления крымско-татарских выступлений (из более 20 случаев такого рода мы имеем информацию лишь о восьми)…

Автор выражает благодарность А. Василивецкому и Ю. Шараеву, чьи материалы были использованы при подготовке хроники общественных волнений, а также всем тем, кто оказал помощь в предоставлении информации и труднодоступных в СССР печатных источников.

Краткая хроника общественных волнений в СССР: от ХХ съезда КПСС до смерти Брежнева

5 – 9 марта 1956 года – многотысячные демонстрации и митинги, начавшиеся в Тбилиси в день рождения Сталина, быстро перекинулись на другие города Грузии (Батуми, Кутаиси, Рустави, Сухуми и др.). Участники выступлений требовали отмены решений ХХ съезда КПСС и восстановления «доброго имени» «вождя». Принимались коллективные обращения к Молотову с просьбой выступить в защиту Сталина и возглавить союзное руководство. Разгорячённые толпы осаждали ЦК КП Грузии, пытались прорваться на центральный телеграф. 9 марта введённые в Тбилиси значительные силы войск подавили выступление, используя танки и огнестрельное оружие. Очевидцы сообщают о многочисленных жертвах.

2 ноября 1956 года – демонстрации литовской молодёжи в Вильнюсе и Каунасе в день поминовения умерших . Были проведены аресты участников, несколько человек исключили из учебных заведений.

24 – 27 августа 1958 года – волнения в Грозном в связи с убийством, совершённым ингушом, русского рабочего (из-за ссоры на танцах). Демонстранты европейских национальностей пришли с гробом к республиканскому комитету КПСС, требуя выступления перед ними руководителей республики. Участники митинга (около 10 000 человек) смяли оцепление милиции и ворвались в здание. Из окон РК КПСС разбрасывались самодельные листовки. Была зачитана резолюция, требующая выселения всех чеченцев и ингушей, расстрела тех из них, у кого будет найдено оружие и образования власти русских. При попытке захвата телеграфа военные применили оружие. Сообщается об отдельных случаях расправ над жителями кавказских национальностей.

3 – 5 октября 1959 года – восстание молодых рабочих, занятых на строительстве «казахстанской Магнитки». Рабочие, прибывшие в Темиртау из европейской части СССР, были недовольны чрезвычайно плохими условиями жизни, составляющими резкий контраст с обслуживанием занятых вместе с ними рабочих из Восточной Европы. Волнения начались 3 октября в рабочей столовой, затем перекинулись на базар. Не смотря на противодействие милиции, рабочие соорудили баррикады и вскоре около полутора тысяч человек присоединилось к восставшим. Прибывших из Караганды солдат рабочие разоружали, партийные активисты, взывавшие к «сознательности масс», также не имели особого успеха. 5 октября специально переброшенные части внутренних войск начали наступление с использованием оружия. Очевидцы говорят о большом числе жертв при подавлении восстания.

31 июля 1960 года – в г. Камышин (Кустанайская обл.) на уборку урожая приехали несколько машин с военными моряками. Группа чеченцев жестоко избила моряка, разговаривавшего с девушкой. Моряки осадили чеченский квартал, поднялась стрельба. Виновники драки укрылись в отделении милиции. По неподтвержденным данным, погибло 10 человек.

30 июня 1961 года – во время похорон в Муроме мастера радиозавода, умершего, как полагают, от побоев милиции, рабочие смяли милицейский кордон, препятствовавший движению похоронной процессии по улице Ленина, и, дойдя до горотдела, устроили митинг. Многие выступавшие рассказывали об избиении их в милиции, показывали следы от побоев. Вскоре здание горотдела было захвачено толпой, оружие и часть документов разобраны, задержанные из КПЗ освобождены. Милиция не оказывала никакого сопротивления. К вечеру толпа разошлась. Газеты сообщили о суде над шестью участниками беспорядков, трое из них приговорены к расстрелу.

Июль 1961 года – после задержания участников инцидента на танцплощадке в Александрове, на центральной площади города собралась большая толпа. Было захвачено и подожжено здание горотдела милиции. Один из парней залез на стену тюрьмы и стал кричать: «Да здравствует свобода!», но был застрелен тюремной охраной. Осада тюрьмы продолжалась несколько часов. Люди кидали бутылки и камни, в ответ раздавались винтовочные выстрелы. Вызванные на помощь войска не смогли быстро прибыть в город. Наконец, не выдержав огня, люди побежали. Партийные работники и сотрудники КГБ организовали преследование. Официально сообщалось о девяти осуждённых, четверо из которых приговорены к расстрелу.

Начало июня 1962 года – в связи с повышением цен на продукты питания, во многих городах состоялись рабочие выступления. События в Новочеркасске 1 – 2 июня 1962 года достаточно подробно описаны прессой. Их итогом стал расстрел семитысячной рабочей демонстрации (24 убитых, 30 раненых) и осуждение 105 участников волнений, семеро из которых были приговорены к расстрелу. Есть свидетельства о многочисленных жертвах при вооружённом подавлении рабочих волнений в трёх городах Донбасса (Донецк, Артёмовск, Краматорск). По некоторым данным, в Донецке застрелился командир армейской части, отказавшийся отдать приказ стрелять в рабочих. Отрывочные сведения о кровавом усмирении забастовок и акций протеста поступали из Омска, Кемерова и других городов Кузбасса. Волнения и столкновения с милицией в этот период имели место также в Иваново – на заводе сельхозмашин и на текстильной фабрике.

1962 год – киргизо-узбекские столкновения в Джилал-Абаде (Киргизия).

Июль 1963 года – в Днепродзержинске из задержанных милицией нескольких участников свадебных гуляний, двое погибли в попавшем в аварию и загоревшемся милицейском автомобиле, брошенном на произвол судьбы «стражами порядка». Возмущённые люди разгромили горотдел милиции и горком КПСС. Беспорядки подавлены военными с применением оружия.

Апрель 1965 года – первая неофициальная демонстрация в Москве. По инициативе молодёжной литературной группы СМОГ, около 200 человек собрались у Центрального Дома литераторов с лозунгами, содержащими требования творческих свобод. Среди них – «Лишим соцреализм девственности!»

24 апреля 1965 года – несанкционированное 100-тысячное траурное шествие в Ереване в связи с 50-летием геноцида армян в Турции. В этот день студенты, собравшись с утра в институтах, не приступили к занятиям, а двинулись по улицам к центру Еревана с лозунгами: «Справедливо решить армянский вопрос» и др.. Рабочие и служащие многих организаций присоединялись к демонстрантам. С полудня на площади Ленина начались митинги. К вечеру толпа окружила здание оперы, где происходило официозное «собрание общественности» в связи с годовщиной трагедии. В окна полетели камни. После этого демонстранты были разогнаны с использованием заранее подготовленных пожарных машин.

5 декабря 1965 года – первый митинг правозащитников на Пушкинской площади в Москве с требованием освобождения арестованных КГБ писателей Синявского и Даниэля. Из 200 участников и зрителей задержано около 20 человек. Примерно 40 студентов исключены из институтов.

8 октября 1966 года – прошли митинги крымских татар в Андижане (2000 человек) и Бекабаде (более 2000 чел.). 18 октября 1966 года состоялись митинги крымских татар по случаю 45-летия образования Крымской АССР в Фергане (более 2000 участников), Кувасае, Ташкенте, Чирчике, Самарканде, Коканде, Янгикургане, Учкудуке и др.. Многие митинги разогнаны. Только в Ангрене и Бекабаде задержаны более 65 человек, 17 из них осуждены за участие в «массовых беспорядках». При разгоне митингов в этих двух городах использовались брандспойты, дымовые шашки и дубинки.

17 мая 1967 года – на базаре во Фрунзе распространился слух об убийстве задержанного здесь пьяного солдата. Пятитысячная толпа, смяв войсковое оцепление, взяла штурмом здания городского управления и двух райотделов милиции. Один из участников беспорядков был застрелен при попытке проникнуть в комнату с оружием. К вечеру участники беспорядков разошлись. Осуждено 9 человек.

22 мая 1967 года – во время традиционного собрания и возложения цветов к памятнику Тараса Шевченко в Киеве были задержаны несколько человек. Возмущённые люди обступили милицию и скандировали: «Позор!». Позднее 200 – 300 участников собрания направились к зданию ЦК, чтобы выразить протест и добиться освобождения арестованных. Власти пытались остановить движение колонны водой из пожарных машин. В половине второго ночи прибывший на площадь министр охраны общественного порядка республики пообещал освободить задержанных и через полтора часа их отпустили на глазах у 40 ожидающих демонстрантов.

13 июня 1967 года – антимилицейское восстание в Чимкенте. После гибели одного из шофёров в медвытрезвителе, на собрании коллектива автопарка было решено «разобраться» с милицией. К полудню около 3000 человек собрались у автовокзала. Вскоре были сожжены здания городского и областного управлений внутренних дел. До позднего вечера шофёры пытались прорваться в помещение тюрьмы. Охрана вела автоматный огонь, вызвавший многочисленные жертвы. Ночью собравшиеся на площади были разогнаны подошедшими из Чирчика курсантами танкового училища. В печати сообщалось об осуждении 13 человек, четверо из них приговорены к расстрелу.

Июль 1967 года – после задержания на базаре в Нальчике демобилизованного солдата-кабардинца, распространился слух об убийстве его милицией. 4 – 5 тысяч человек осадили опорный пункт милиции, требуя показать им солдата (солдату ранее удалось бежать, но его отсутствие ещё больше усилило подозрения). Базар окружили подразделения милиции и внутренних войск. Призывы партийных руководителей к успокоению успеха не имели. Местный участковый, известный, по утверждению свидетелей, своей жестокостью, был убит при попытке вывезти его с базара на армейском автомобиле. После этого толпа рассеялась. За участие в массовых беспорядках осуждены 15 человек, четверо из них приговорены к расстрелу.

2 сентября 1967 года – милиция разогнала в Ташкенте многотысячную демонстрацию крымских татар, протестующих против разгона 27 августа двухтысячного собрания-встречи с представителями крымско-татарского народа, возвратившимися из Москвы после приёма их членами союзного правительства. Задержано 160 человек, 10 из них осуждены.

21 апреля 1968 года – массовое избиение милицией крымских татар во время их традиционного гуляния в городском парке г. Чирчик. Задержаны более 300 человек, 10 из них осуждены по уголовным статьям.

24 – 26 июля 1968 года – 7000 представителей турок-месхетинцев, выселенных из Грузии в 1944 году, съехались в Тбилиси и, собравшись у Дома Правительства, потребовали решения вопроса о возвращении их народа в районы прежнего жительства. Турок окружили войска и милиция, пытались спровоцировать сопротивление. После двух дней пассивного ожидания их принял Первый секретарь ЦК КП Грузии Мжаванадзе. Он обещал принимать месхов в Грузию по 100 семей в год, однако в дальнейшем это обещание не было выполнено.

1968 год – межнациональные столкновения в Степанакерте. Судья-азербайджанец вынес мягкий приговор директору городской школы (тоже азербайджанцу), изнасиловавшему и убившему девочку-армянку. Толпы армян, ждавшие исхода дела у здания суда, возмущённые мягким приговором насильнику и убийце, сожгли машину, в которой находились преступник, судья и ещё несколько человек.

21 апреля 1969 года – после ареста активиста движения турок-месхетинцев Энвера Одабашева, месхи из разных селений Азербайджана собрались у райкома партии в селе Саалты, где в ожидании милиции содержался задержанный. Собравшиеся послали телеграммы Брежневу и Первому секретарю ЦК КП Азербайджана Ахундову с требованием освободить их представителя. Глубокой ночью, по распоряжению республиканских властей, Одабашев был освобождён. Месхи встретили его криками: «Свобода!», «Родина или смерть!», «Жив наш учитель!»

Май 1969 года – погромы и антирусские манифестации узбекской молодёжи в Ташкенте после футбольного матча с участием «Пахтакора». Задержано 150 человек. Известно также об убийствах нескольких представителей совецкой администрации русской национальности таджиками в Бухаре.

Август 1971 года – 300 евреев-отказников в Тбилиси пришли к зданию ЦК КП Грузии. Около 100 из них прорвались во внутренние помещения, и, добившись приёма у министра внутренних дел республики, получили обещание о решении проблемы с отъездом.

18 – 19 мая 1972 года – похороны Романа Каланты, восемнадцатилетнего юноши из Каунаса, совершившего самосожжение в знак протеста против совецкой оккупации Литвы, переросли в масштабную манифестацию национального протеста. После попыток властей помешать собравшимся принять участие в похоронах, молодые литовцы направились к месту самосожжения в центр города, скандируя: «Свобода!», «Литва!» и др.. Произошли столкновения с милицией. На следующий день манифестация возобновилась. В город вошли воинские части. Собравшиеся разошлись после обращения к ним властей и родителей Каланты. Задержано около 400 человек. Восемь участников демонстрации осуждены за «участие в уличных беспорядках».

16 – 19 января 1973 года – тысячи ингушей съехались в Грозный, требуя от властей решения проблемы Пригородного района Северной Осетии. В заявлении, переданном властям, перечислялись факты дискриминации ингушского населения в Осетии, главным образом при приёме на работу. Ингуши просили обеспечить им на территории спорного района равные с осетинами права. Демонстрации и митинги продолжались несколько дней. Люди несли портреты Ленина и Брежнева, лозунги с высказываниями вождей об интернационализме и дружбе народов. Демонстранты организовали собственную «службу порядка» и не допускали «антисовецких высказываний». После прибытия Соломенцева, было обещано рассмотреть вопрос и не подвергать репрессиям участников выступления. Были поданы автобусы, развозившие людей по домам. Несколько сот молодых ингушей, оставшихся на площади, были разогнаны водой из брандспойтов и милицейскими дубинками. Ряд участников выступлений позднее осуждены.

28 августа 1976 года – демонстрация немцев-отказников, вышедших с транспарантами в центр Фрунзе, разогнана милицией. Несколько человек избиты и задержаны.

7 октября 1977 года – после победы «Жальгириса» над витебской «Двиной» несколько сот зрителей футбольного матча двинулись по улицам Вильнюса, выкрикивая: «Долой конституцию оккупантов!», «Свободу Литве!» и «Русские, убирайтесь вон!». Литовская молодёжь срывала плакаты к 60-летию октябрьской революции, била витрины с наглядной агитацией. Задержаны 17 человек.

10 октября 1977 года – более 10 000 зрителей футбольного матча между «Жальгирисом» и смоленской «Искрой» направились в центр города, выкрикивая лозунги против совецкой оккупации. У моста «Жалясис» к ним присоединились ещё около 500 человек, включая русских. Демонстранты прорвали заслон милиции и внутренних войск и вышли на проспект Ленина. Второй, более мощный заслон остановил их движение. Были выбиты стёкла в здании ЦК КПЛ, разбиты витрины с политическими плакатами. Несколько милиционеров госпитализированы. Задержаны 44 человека. Прошли исключения студентов из институтов.

14 апреля 1978 года – демонстрация и митинг в Тбилиси с требованием сохранения в Конституции республики статьи о государственном статусе грузинского языка. Перед Домом правительства, окружённом войсками, собралось более 10 000 человек, в основном студенческая молодёжь. Под давлением общественного мнения, в середине дня чрезвычайная сессия Верховного Совета республики приняла решение оставить статью о языке «без изменений».

Весна 1978 года – митинги абхазского населения в различных населённых пунктах автономной республики с требованием введения государственного статуса абхазскому языку, прекращения миграции в республику грузинов, отделения от Грузии и вхождения в состав РСФСР и др.. В результате обсуждения, в Конституцию автономной республики было внесено положение о введении в Абхазии трёх государственных языков: абхазского, русского и грузинского.

22 сентября 1978 года – 150 школьников-эстонцев собрались перед зданием горкома в Тарту, выкрикивая лозунги: «Вон, славяне!», «Да здравствует Эстонская республика!» и «Больше образования – меньше политики!» Они разбили вывески на здании и были разогнаны милицией. С «зачинщиками» были проведены «беседы» в отделениях милиции.

4 декабря 1978 года – более 100 немцев-отказников провели демонстрацию в Душанбе с требованием разрешить им покинуть страну. Демонстранты прошли от гостиницы «Таджикистан» до здания Верховного Совета с плакатом «Отпустите нас на родину!». Перед собравшимися выступил Первый секретарь горкома. В последующие месяцы число разрешений на выезд увеличилось.

16 – 19 июня 1979 года – манифестации казахского населения в Целинограде против решения Политбюро о создании в Казахстане «немецкой автономии». В Целинограде демонстранты (до 500 человек) трижды собирались на площади перед обкомом. Когда студенты в очередной раз пришли для получения ответа, Первый секретарь обкома сообщил, что вопрос об автономии никогда не стоял и посвятил остальное выступление теме подписания договора ОСВ-2 между СССР и США. Помимо Целинограда, была попытка проведения демонстрации в Кокчетаве. По имеющимся данным, выступления студентов негласно поддерживались республиканским руководством.

22 сентября 1980 года – после отмены выступления молодёжного поп-оркестра «Пропеллер», назначенного на таллиннском стадионе после футбольного матча, около 1000 эстонских школьников вышли на улицы с протестом против этого решения. Концерт был отменён в связи с обнаружением в текстах песен «Пропеллера» «националистических мотивов». Демонстрация разогнана милицией, несколько старшеклассников исключены из школ. 1 и 3 октября 1980 года – в четырёх местах Таллинна были разогнаны демонстрации протеста против исключения старшеклассников с общим числом участников более 1000 человек. Демонстранты размахивали флажками независимой Эстонии, выкрикивали лозунги: «Свободу Эстонии!», «Русские – вон из Эстонии!» и др.. 7 и 8 октября 1980 года последовали новые демонстрации протеста в Таллинне (несколько сотен участников), а 10 октября 1980 года – молодёжные демонстрации в Тарту, Пярну и др.. Среди прочих, выдвигалось требование отставки русского министра образования Эстонии. 11 октября министр внутренних дел республики предостерёг от продолжения выступлений. По школам были проведены родительские собрания, родителям «бунтовщиков» грозили увольнением с работы. Всего из школ было исключено около 100 школьников, несколько человек были осуждены за «хулиганство».

30 марта 1981 года – митинг в Тбилиси перед зданием, где проходил республиканский съезд писателей. Демонстранты несли лозунги с требованием расширить курс грузинской истории в школах и институтах, охранить грузинский язык от вытеснения русским. Вышедшему на площадь Шеварнадзе вручили петиции, адресованные ему и Л. И. Брежневу.

Начало апреля 1981 года – демонстрация нескольких сот грузинских студентов в Тбилиси, приехавших из Абхазии, против ущемления в этой автономии прав грузинского населения. Требовали открыть в университете в Сухуми грузинское отделение.

12 октября 1981 года – митинг около храма в Мцхете 2000 грузинских студентов, протестующих против сокращения уроков грузинского языка в учебных заведениях Грузии. Пятеро участников митинга условно осуждены за «хулиганство».

24 – 26 октября 1981 года – волнения начались во время похорон в г. Орджоникидзе убитого ингушами таксиста-осетина. Участники похоронной процессии организовали митинг и захватили здание республиканского комитета партии. К вечеру порядок на площади был восстановлен силами курсантов военного училища. На следующий день более 10 000 человек вновь заполнили центральную площадь. Митинг с участием прибывших из Москвы руководителей быстро вышел из-под контроля. Против осетин были брошены воинские части с бронетранспортёрами и слезоточивым газом. Столкновения и рукопашные схватки продолжались до вечера, позднее беспорядки распространились по всему городу. Не смотря на прибытие частей специального назначения, столкновения с силами безопасности продолжались весь следующий день и лишь к вечеру сопротивление было сломлено. За эти дни были задержаны более 800 человек, 40 из них осуждены. Есть данные не менее чем о трёх погибших, однако общее число жертв остаётся неизвестным.

20 апреля 1982 года – первое выступление фашистов на Пушкинской площади в Москве в день рождения Гитлера. Участвовало более 100 человек. Милиция не вмешивалась и произвела задержания лишь после столкновений с болельщиками «Спартака».


Редактор В. Пономарёв
Технический редактор А. Гришин
Корректор И. Кондратова.

Подписано в печать 10. 09. 90 г., тираж 25 000 экз.
(с) Информационно-издательского центра «ЛЕВЫЙ ПОВОРОТ»
Tags: большевики, десоветизация, из френдленты, новое осмысление, перепост
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment