d_v_sokolov (d_v_sokolov) wrote,
d_v_sokolov
d_v_sokolov

Categories:

Записки сталинского зэка. ч.3 Дальлаг. Тайны Коминтерна (продолжение)

Часть первая.
Часть вторая
Глава 7. МАТЬ ЯГОДЫ.

Однажды, выйдя из своего барака, и прогуливаясь вдоль забора, за которым была женская зона, я заметил, как с нашей стороны некоторые через дырку в заборе от оторванной доски залазят туда. Заглянул в дырку, я там увидел барак и человек десять рядом. На скамейке возле барака сидела старушка. Проникнув в дырку и подойдя к скамейке, услышал обрывок разговора.

Говорила старушка (на вид ей было лет 70-т) : «Ну так откуда я могла это знать?! У моего сына бывали все наркомы. Правда - кроме этого босяка…Я ежедневно и до самой смерти буду молить бога, чтобы он послал ему такую же смерть, какую этот зверь сделал моему сыну!.. Пусть ему такая же будет! Мне про этого «бычка» много сын рассказывал, да поздно уж было… Он и сам не раз говорил мне про это… Ему надо царствовать как Николаю Второму… Так царь же не был таким зверем, как этот «босяк»!.. Я его не боюсь, этого изверга рода людского!.. Хоть их целиком Москва, но они всех боятся как ночные воры, меня, старуху - и ту в тюрьму посадили!.. У того «дурака» посадили родителей за Александра?» (Видимо, имеется в виду семья Ульяновых, старший сын которых был казнён за попытку цареубийства). «Нет… А этот босяк всех подряд садит, садит… И до чего же народ у нас - терпит!..»

Старушка , расплакавшись. встала и ушла в барак. Я спросил у одного из присутствовавших, кто это. И мне ответили: «Мать Ягоды, народного комиссара внутренних дел СССР…»

13)

В этом же бараке содержались жёны Тухачевского, Якира, Уборевича и других высших военных, которых Сталин расстрелял. Их жёны, как это сообщалось во всех газетах, отказались от своих мужей, оказавшихся «шпионами вражеских разведок». Но то было в газетах, а на деле никто из них таких заявлений в газеты не писал, и они были напечатаны без их согласия. Об этом мы узнали от них самих. 14)

Хочу сказать, что жёны военных ни с кем не вели разговоров при мне, вот только мать Ягоды имела смелость с нами разговаривать, да ещё в таком резком тоне - о «босяке-Сталине» и «дураке-Ленине», о его родителях и брате-Александре… Да, мать Ягоды была молодец, но это когда уж было поздно, а вот её сын думал, что «мы в верхах не будем друг другу кровь пускать!», и – ошибся…

А ведь кто, как не он, и должен был знать, что затеял Сталин со своими людьми, одним из которых сам Ягода долго и являлся… Боялись они народа. Боялись, чтобы народ не узнал, что на самом деле творится, и к чему это приведет. Боялись? Ну тогда – получай!.. Кто первый всадит пулю другому – тот и пан!

Ещё иногда заходили в ту женскую зону люди, но я больше не ходил. Что-то не тянул туда… . Была к тем женщинам какая-то жалость, но ведь помочь всё равно ничем не мог. Сам постоянно ходил голодный…


Примечания.


13) Мать Ягоды - Хася (Ласа) Гавриловна (1863-1940 г.г.), уроженка г.Симбирска, домохозяйка. 20 июня 1037 года Особым совещанием при НКВД СССР была сослана на пять лет в г. Астрахань. 8 мая 1938 года «за контрреволюционную деятельность» приговорена к 8 годам исправительно-трудовых лагерей. Умерла в январе 1040 года в Севвостлаге (бухта Находка). Реабилитирована в июле 1960 года. Судя по этим данным, в описываемое мемуаристом время (конец лета – начало осени 1937-го года) мать Ягоды находилась в астраханской ссылке. Каким же образом он мог общаться с нею в расположенном у Владивостока лагере? Полагаю, он и не общался, а просто пересказал услышанное от кого-то в ГУЛАГе про с эту женщину.


Кстати, у мемуариста мать Ягоды осенью 1937-го года говорит о сыне как об уже умершим, между тем как, цитирую по Интернету: «Генрих Ягода был расстрелян 15 марта 1938 года. Последней попыткой ухватиться за соломинку было прошение о помиловании, в котором Ягода писал: «Вина моя перед родиной велика. Не искупить её в какой-либо мере. Тяжело умереть. Перед всем народом и партией стою на коленях и прошу помиловать меня, сохранив мне жизнь». Президиум Верховного Совета СССР прошение отклонил. Говорят, когда Ягоду вели на расстрел, он пел «Интернационал».» Ясно, что подобные разговоры вести мать Ягоды могла только после 15 марта 1938-го года, но никак не раньше.


14) Из Интернета: «8.6.1937 «Правда» сообщила, что в редакцию поступило письмо от жены Якира, в котором она отрекалась и проклинала его.».


«10 июня 1937 году жены военных – Гамарник, Якир, Тухачевская, Уборевич – были сосланы в Астрахань, где их 5 сентября 1937-го года арестовали, по статье ЧСИР, т. е. «член семьи изменника родины», и дали по пять–восемь лет. Отправив в Темниковские лагеря (Мордовия)»


«16 октября 1941 г. В этот трагический для Москвы день было казнено по решению Военной коллегии и военных трибуналов 220 человек, причем некоторых доставили в Москву специально для расстрела из разных далеких тюрем и лагерей. Так, в эти дни всеобщего смятения и паники в Москве были расстреляны привезенные из астраханских и Мариинских лагерей жены: Корка, Уборевича, Тухачевского и др» .


Из этой информации видно, что в описываемый период жёны находились не в Дальлаге, а в мордовском лагере, и встретиться ними автор воспоминаний никак не мог. Поэтому и так скуп в воспоминаниях: нечего вспоминать!


Глава 8. СМЕРТЬ МАНДЕЛЬШТАМА.

Однажды, выйдя из барака, я заметил, как избивают одного, причём – впятером. Он лежал на земле, а они били его ногами, и он был весь в крови. При моём появлении они ударили его ещё каждый раза по два, и вся шайка быстро ушла по направлению к главной вахте.

Я подошёл к лежавшему. Он был почти без сознания. Роста примерно 165 сантиметров, чернявый волос, похож на еврея. Хоть в то время я их недолюбливал за продажность и подхалимство перед НКВД, но в подобных этому случаях, даже и до ареста, не считался с национальностью и всегда приходил на помощь… Главное, из барака даже никто не выскочил ему на помощь!.. Ох и народ! Я помог мужчине подняться, и почти что понёс его в барак.

Положил на место Ронштока (человек этот был из его барака, помещался на четвертом ярусе нар). Роншток, взяв меня за руку, вывел из барака, мы стали прогуливаться по лагерю, и он сказал: «Лёня 15), знай, что этого человека бьют специально, по заданию. Он – ваш поэт. Его раз ночью, когда я только тут поселился, эти же пятеро сбросили с верхних нар, и он лежал без сознания. Теперь вот второй раз уж его избивают до потери сознания те же люди…»

Дня через три или четыре я снова наскочил на них, когда этого человека они вновь начали избивать ногами. Кинулся с кулаками на этих негодяев. (До ареста я занимался штангой, и в 1936-м году на областных соревнованиях уж толкал 128 кл, выжимал 100-105 кг, рвал 96-98 кг, так что хоть и голодал. но ещё силёнку имел).16) Свалил одного, потом другого. А третий меня попытался пером в живот ударить, я начал отбивался рукой от ножа, и этот негодяй ударил меня в левую руку, между указательным и большим пальцем. И когда все эти бандиты кинулись на меня с ножами - тогда я дал дёру от них и удрал. Да они за мною особенно и не гнались.

На другой день снова зашёл к Ронштоку. Избитый лежал на верхних нарах и стонал. Роншток сказал мне: «Нельзя идти на помощь этому человеку, все равно эти бандиты его убьют, а не они - так другие, и тебя они тоже сразу убьют ножами. Подумай сам, вот они его бьют только кулаками и ногами, но ведь у каждого по два ножа - что им стоит пырнуть его разок и всё… А – нет!.. Значит. Указание у них такое: бить только руками и ногамИ…А тебя они, видишь, сразу ножом пырнули, и хорошо хоть – в руку только, да ещё и слабенько попали, а если бы – в живот?! Зачем тебе это нужно?! Ты молод, и ещё домой вернёшься… Береги себя, нельзя ни в какие драки вмешиваться избегай всяких тёмных дел, и вернёшься домой целым!»

Я решил сам поговорить с избитым, и полез к нему на верхние нары. Он меня узнал, поблагодарил за то, что я кидался ему на помощь, но сказал так: «Нельзя, сынок, мне помогать, ты мне ничем не поможешь, всё равно они меня здесь убьют. Эта банда исполняет приказ «банабака» А он, людоед, умеет мстить… Я не клюнул на их подачки и чины, не стал работать на восхваление «банабака»,. Наоборот. стал писать против него. Там убить меня им было стыдно, а в лагере за мою смерть они уж не отвечают. И этим пятерым тоже не уйти от смерти, чтобы самому «банабаку» оставаться чистым…»

Я спросил его: «А кто этот банабак?» Он чуть улыбнулся и ответил: «Да это наш кормчий Сталин!» Так я узнал, кто этот банабак. А что это за слово такое, я и до сих пор не знаю. 17)

Потом этот человек сказал мне: «Спасибо ещё раз, сынок, но не помогай мне больше! Не хочу, чтобы из-за меня погиб невинный человек. И предупреждаю: эти бандиты тебя сразу убьют, ты уже получил ножом в руку, а мог бы – и в сердце… Я – Осип Мандельштам. Если любил стихи и читал, то и мои стихи, может быть. помнишь…»

Да, я когда-то кое-что читал из Мандельштама. Он спросил меня, как меня зовут, за что осужден. Я всё рассказал о себе. Он пожалел, что не нашлось у меня среди близких людей таких, которые смогли бы удержать меня от опасных политических влечений…

После этого я уже боялся попасть этим пятерым бандитам на глаза.

Через двое-трое суток та же банда в два часа ночи вошла в барак, вытащила ножи, тихонько залезли на нары, где лежал Мандельштам, и сбросила его на пол. Такое они уже второй раз делали. Первый раз когда сбросили, Мандельштам упал на бок, и сильно ударился. А в этот раз он упал спиной, сильно стукнулся и головой о пол, и лежал без сознания. Повыскакивали эти убийцы из барака, а люди Мандельштама подняли с пола. положили на нижние нары, и заявили в лагерную контору. Пришли санитары, и утащили его в больницу при лагере, где он и умер.

Только мелочная тварь может мстить так, а не «отец всех народов» и «академик всех наук». После этого я больше не видел тех пятерых убийц Мандельштама. Не знаю, освободили ли их из лагеря, или нет, но - вряд ли. Освободи такую шваль, а потом они где-нибудь начнут похваляться, что вот, мол, по заданию таких-то органов мы «завалили» такого-то писаку тогда-то в таком-то лагере. Для НКВД эти пятеро пешек никакого веса не имели, и на них в другом месте скорее всего направили других убийц, а то и просто завезли куда-нибудь да и постреляли… Без особых… Мертвые – молчат, мертвые - не страшны… Ну а те, кто всё видел, в учёт уже не идут.

Потом Роншток мне сказал: «Видишь, сынок, я же говорил тебе! А ты хотел его защищать… Эти бандиты выполнили приказ убить его, а теперь и их уберут… у нас в Германии такого не допустили бы, даже и в лагере. Не пойму, что за народ у вас? Мне этого нельзя говорить, но тебе скажу: не люди у вас, а просто какие-то свиньи!» 19).


Примечание.


15) Единственный раз здесь названо имя автора воспоминаний.


16) Для ориентировки – цитата из Интернета: «В 1933 году в тяжелой атлетике появилось имя Георгия Попова. Он одним из первых использовал большие тренировочные нагрузки в своей подготовке, объяснив периодичность их изменения в недельных циклах. А так же изобрел новый способ приседа под штангу – «разножка». Он первым из украинских тяжелоатлетов установил наивысшее мировое достижение в рывке – 98,2 кг, а в 1937 году ему было присвоено звание «Заслуженный мастер спорта СССР».


Чемпионат Украины 1936 года проходил на Донбассе (г. Иркино). Победителем впервые стал 20-летний киевлянин Я. Куценко (в дальнейшем 14-разовый чемпион СССР. В 1938 году он первым из тяжелоатлетов бывшего СССР показал в сумме троеборья 400 кг в тяжелой весовой категории.»


У мемуариста в сумме троеборья получается 328 килограмм. При этом его вес, скорее всего, средней весовой категории. Тоже неплохо!


17) Банабак – полупрезрительное наименование кавказцев. Слово с национальным душком, вроде подобных ему: москаль, жид, хохол, бульбаш, и т.д.


18) Что и говорить, версия смерти известного поэта - красочна и правдоподобна. Но – совершенно не увязывается с реальными фактами! Вот они: в мае 1937 года Мандельштам вернулся из ссылки в Воронеже, после чего год жил под Москвой. Вновь арестован лишь в мае 1938-го года, через четыре месяца умер в заключении.

Цитата из Интернета:

«Точная дата и обстоятельства гибели Мандельштама многие годы были неизвестны.

«В июне сорокового года брата О [сипа] М[анделыптама], Шуру, вызвали в загс Бауманского района [г. Москвы] и вручили ему для меня свидетельство о смерти О. М. - пишет Н. Я. Мандельштам, вдова поэта.- Возраст - 47 лет, дата смерти - 27 декабря 1938 года. Причина смерти - паралич сердца. Это можно перефразировать: он умер, потому что умер. Ведь паралич сердца это и есть смерть... и еще прибавлено: артериосклероз...

…Только в 1989 году исследователям удалось добраться до личного дела «на арестованного Бутырской тюрьмы» Осипа Мандельштама и установить точную дату смерти поэта. В личном деле есть акт о смерти Мандельштама, составленный врачом исправтрудлагеря и дежурным фельдшером. На основании этого акта была предложена новая версия гибели поэта.

25 декабря 1938 года, когда резко ухудшилась погода и налетел снежный ветер со скоростью до 22 метров в секунду, ослабевший Мандельштам не смог выйти на расчистку снежных завалов. Он был положен в лагерную больницу 26 декабря, а умер 27 декабря в 12.30. Вскрытие тела не производилось. Дактилоскопировали умершего 31 декабря, а похоронили уже в начале 1939 года. Всех умерших, согласно свидетельству бывшего заключенного, штабелями, как дрова, складывали у правой стенки лазарета, а затем партиями вывозили на телегах за зону и хоронили во рву, тянувшемся вокруг лагерной территории.

В конце 1990 года искусствовед Валерий Марков заявил, что нашел место, где погребен Мандельштам. Он рассказал, что после ликвидации лагеря во Владивостоке его территория была отдана морскому экипажу Тихоокеанского флота, и воинская часть законсервировала, сберегла конфигурацию лагеря, считавшегося объектом особой государственной важности. Таким образом, сохранились и все лагерные захоронения. Но, конечно, никто сейчас не будет проводить исследование и отождествление останков погибших заключенных - не та обстановка в стране. А может, это и не нужно. Пусть мертвые спят спокойно, где бы ни находился их прах.

Публикация в газете «Известия» о том, что найдена могила Мандельштама, попала на глаза бывшему узнику сталинских лагерей Юрию Моисеенко. Он откликнулся на нее письмом, в котором писал: «Как прямой свидетель смерти знаменитого поэта хочу поделиться дополнительными подробностями...

Лагерь назывался «Спецпропускник СВИТЛага», то есть Северо-Восточного исправительного трудового лагеря НКВД (транзитная командировка), 6-й километр, на «Второй речке». В ноябре нас стали заедать породистые белые вши, и начался тиф. Был объявлен строгий карантин. Запретили выход из бараков. Рядом со мной спали на третьем этаже нар Осип Мандельштам, Володя Лях (это - ленинградец), Ковалев (Благовещенск)... Сыпной тиф проник, конечно, и к нам. Больных уводили, и больше мы их не видели. В конце декабря, за несколько дней до Нового года, нас утром повели в баню, на санобработку. Но воды там не было никакой.

Велели раздеваться и сдавать одежду в жар-камеру. А затем перевели в другую половину помещения в одевалку, где было еще холоднее. Пахло серой, дымом. В это время и упали, потеряв сознание, двое мужчин, совсем голые. К ним подбежали держиморды-бытовики. Вынули из Кармана куски фанеры, шпагат, надели каждому из мертвецов бирки и на них написали фамилии: «Мандельштам Осип Эмильевич, ст. 58', срок 10 лет». И москвич Моранц, кажется, Моисей Ильич, с теми же данными. Затем тела облили сулемой. Так что сведения, будто Мандельштам скончался в лазарете, неверны».

Как нетрудно убедиться - ни малейшего сходства с версией нашего мемуариста!.. Прежде всего резко отличаются даты: сентябрь 1937-го года и декабрь 1938-го… Как это объяснить?

Скорее всего, весь эпизод со знаменитостью автор придумал, чтобы сделать воспоминания более весомыми. Не исключено, впрочем, что память подвела его относительно фамилии погибшего литератора. Сперва он забыл её, а спустя десятилетия «вспомнил»: да это же, кажись, был Мандельштам! Но «вспомнить» опять-таки помогла хитрая мыслёнка: если расскажу о том, как на моих глазах убивали САМОГО Мандельштама, то такие воспоминания легче опубликовать!» Однако непонятно, как же автор собирался объяснять расхождения в датах смерти поэта… Или выяснить настоящую дату (хотя бы приблизительно) он просто поленился?


Глава 9. ПАРОХОД «КУЛУ». ШТОРМ.

Через две недели нас стали собирать на этап. А куда – неизвестно. Собрали в лагере человек с тысячу, из моих знакомых - Роншток, Гарбуз, ещё кое-кто.

Было часов 11-12 дня. Проверили по списку, и под усиленной охраной вывели из лагеря. Построив по 10 человек, предупредили: «Малейшее движение влево - вправо, и стреляем без предупреждения!»

Охрана шла в три ряда по обе стороны колонны, первый к нам ряд охраны - без оружия, с какими-то метровой длины плётками в руках, в затылок друг другу, через каждый метр. Второй от нас ряд шёл с винтовками наперевес, тоже в затылок друг другу. А третий ряд – с собаками и с наганами в расстёгнутых кобурах, друг от друга метрах в 3-4. Так что охраны было в избытке, по одному охраннику на 3-4 наших. Ведь не кого-нибудь вели, а заклятых врагов Сталина и его холуев.

Владивосток удалось увидеть только окраинами. Шли где-то с час, и пришли в порт. Там нас уже ждало здоровенное судно, метров 350 в длину, под названием «Кулу». Что за название – не знаю. больше такого не встречал. 19)

Начали грузить в трюмы. На корабле стояло начальство с сияющими лицами, и кое-кто из команды этого гадостного судна. И так на меня повлияла эта их «работа», такие они все, так называемые «командиры корабля», стали видеться мне дешёвыми и низкими!.. Уж столько лет прошло, а до сих пор не могу спокойно смотреть на этих «моряков-командиров», в глазах моих до сего дня стоят те «адмиралы-извозчики», с такой дешёвой блядской улыбочкой смотрящие на мясников из НКВД… До сих пор меня тошнит от них!..

Может, и хорош человек, нынче проходящий мимо меня в военно-морской форме (но только не имею в виду моряков срочной службы, а лишь – командный состав), и не имеет никакого отношения к таким делам, но всё равно – какой-то орган моего организма без моего сознания выработал отвращение к ним. Это честно говорю. Часто внушаю себе: ну при чём же этот командир к тем дням и тем местам?! Ведь он, может, тогда и в армии не был, и в тех местах никогда не находился… Но, честно говоря, не могу свой организм переубедить!.. Потому и не обращаю никакого внимания на людей в военно-морской форме, и даже отворачиваюсь от них… А ведь и те люди, которые были на корабле при нашей погрузке в трюмы, в душе, быть может, тоже не одобряли события тех кровавых дней.

Так как я был в конце эшелона, то попал на верхний этаж трюма, оказавшись прямо перед люком. Я и Гарбуз заняли верхние нары. Когда мы разместились, то начали ходить по трюму Он состоял из трех этажей, самый нижний был для инвалидов.

Грузили нас целый день и ночь. Не знаю, сколько людей загрузили, но где-то тысячи четыре. Из них 700 человек – стопроцентные инвалиды, - в протезах, корсетах для позвонков… А человек 8-10 - абсолютно слепые.

Настала ночь. Хлеб на этот день нам выдали ещё в лагере, на корабле нам дали только воду. Примерно в три часа ночи мы почувствовали, что корабль начал двигаться. При погрузке кругом корабля и на корабле были сплошные кордоны охраны, так что насчёт побега и думать нечего.

И вот мы почувствовали, что наш корабль-тюрьма двигается. Сон взял своё у многих, но я про сон забыл. Что ждёт нас утром?.. Будем ждать…

Утром, в 8 или 9 часов, я уж не спал. Несколько членов команды корабля пришли и начали описывать нас по 10 человек – чтобы по десяткам выдавать хлеб и еду. На каждый 10 человек дали банный тазик с номером, чтоб из каждых десяти двое избранных получали еду на всех. Против нашего люка стояла уборная на 8-10 дыр, сделанная из досок. (Через такую дырку спрыгнуть в море нельзя – узко).

Недалеко от люка в центре корабля стояло две большие плиты из кирпича под деревянным навесом (от дождя). На корме стояло два больших стога сена, в копушках. Там же сооружён навес на 29 коров, которых, видимо, везли на Колыму для отвода глаз японцев. Над нашим люком тоже был навес из досок. На ночь его закрывали на замок, днем открывали. И все время у люка стояло два стрелка. Всё сделано так, чтобы они от нас были огорожены, и они же с нас глаз не спускали

На носу корабля цепями приковано 50-60 бочек. Думаю - с маслом. Стрелков на палубе днем человек 20, если не больше.

Начали пускать в уборную. Я тоже вышел, увидел кругом море. Земли не видать. Море было неспокойным. Дул ветер..

Стал носить ведрами воду в трюм. Брал её возле капитанской рубки. Давали нам хлеб, и в тазик на 10 человек - каши с жиром. Кушать можно, хоть жир и сильно отдавал рыбой. 20)

За едой выпускали по 4-6 человека, а в уборную – по количеству дырок. В уборную были бесконечные очереди. Тем, кому уж было невмоготу, надо было спускаться вниз, к инвалидам. Там стояла бочка диаметром метра два и высотой метра три. Рядом - другая, чуть поменьше. Сделано так, чтобы инвалиды могли подходить или подползать к дырам по покатым помостам.

Но к инвалидам ходили редко. такие они там были жалкие, И сильно обидно на них смотреть, когда они сами себя обгаживали. (Мы ведь ещё не привычны были к тем повседневны м ужасам, которые нам преподносили лагеря Колымы).

Первый день, проведенный на корабле в открытом море, ничем особым не отличался. Мы знакомились заново, я ходил везде в трюме, смотрел на людей. Большинство сидело на нарах.

Ветерок усилился, волны на море стали повыше, начало сильно покачивать. С наступлением темноты мы получили ужин. Перестали выпускать из люка, и люк закрыли. Ночью я почувствовал, что корабль сильно качает, кое-где люди блевали - качка брала своё. Я себя чувствовал хорошо.

Утром начали по очереди выходить за хлебом, и каждого предупредили: будьте внимательны и держитесь за концы, чтобы не вывалиться за борт.

Волны уже были в метр и более. Снова походил по трюму. Ближе к центру увидел .Ронтшока – он качку переносил не очень хорошо, но без рвоты.

Второй день прошёл нормально. Ночью сильно качало, многие не спали. Но я чувствовал себя отлично. Спал без задних ног – значит, хорошо мне было.

На третий день море было не узнать. Волны били в борт. Часто по палубе шла вода по 20 сантиметров, и море - такое, что смотреть страшно. Люди в трюмах кругом рвали, я же всё равно чувствовал себя прекрасно. Но суматохи на корабле не было.

Ночью был слышен треск на палубе, качало так, что уж и в трюме надо держаться, чтобы идти. Ночь я проспал нормально, но иногда просыпался от сильной качки.

Когда утром открыли люк, то уборной уже не было – её смыло волной. Смыло навесы над коровами, и из 29 коров осталось только половина, - несмотря на то, что коровы специальными ремнями были обвязаны под передние ноги, а эти ремни цепью привязаны к железным частям корабля. Не стало плит для приготовления пищи.

А в середине четвертого дня такая началась буря, что даже за хлебом и водой выходить стало неохота. Но многие из команды уже знали меня в лицо, и чуть ли не гнали из трюма, чтобы я снабжал остальных. Целый день только и знал, что таскал воду и еду. Но зато и был сыт по горло. И сделал кое-какие запасы.

Оправлялись прямо на палубу, прикрепив к перилам корабля железные сети чуть выше палубы, и с такими ячейками, чтобы можно ухватиться руками.

Ночью опять сильно качало, кое-где трещали нары, слышались сплошные стоны и рвоты.

Дни шли однообразно. Штормило день и ночь. То со снегом, то с дождем. Смыло всех коров, кроме одной. Смыло всё сено – два громадных стога. Разорвало цепи, которыми были прикреплены бочки с маслом, и всё пошли за борт в море, - кроме одной, которая как-то застряла в люке. Но у люка все равно днем стояли одетые в плащи стрелки, привязанные цепями и непрерывно заливаемые волнами.

На какой-то день в трюмах уже почти никто не ходил. Пришли из команды и отобрали всех ходячих. Таких оказалось 24 человека, вместе со мною. Меня поставили старшим. Потом меня и ещё одного привели в то помещение, где находилась еда для людей, и велели сделать то-то и то-то. Т.к. буря на корабельных складах такого натворила –ужас! Кругом все побито-рассыпано, вообще хаос. И море бушевало и бушевало днем и ночью.

Велели нам брать с собою людей по пятеро, и убирать, чтобы был порядок. Сказали: кушайте сколько хотите, но порядок наведите. Проинструктировали, что где находится, куда что надо ложить-ставить.

Были здесь галеты, сахар, крупы, масло, консервы, хлеб, сухари, другие продукты. В общем набрали мы людей, и два дня занимались уборкой. Я и другие изрядно набрали еды- галет и сухарей, немного консервов, а сливочного масла я дважды набрал по два полных кармана (в пальто у меня были карманы, довольно вместительные), и в карманах приносил сливочное масло своей десятке. А галеты и сахар брал за пазуху, и тоже наверно, с полпуда принёс.

За два дня убрали мы и все укрепили на складах. Нам дали ещё галет, сахара и сухарей. А море бушевало и рвало, страшно было на него смотреть. Временами от волн на палубе было воды до метра - ужас какой-то!

Тяжело было и здоровым людям, а ведь с нами ещё и инвалиды плыли. 700 человек.. От шторма у них на 8-10 день сорвало большую бочку с дерьмом, а она в свою очередь сбила меньшую бочку, и фекалии разлились у них в трюме. Что там было – словами не передать… Все инвалиды – в дерьме!.. Вонь, смрад… Начали кое-какую уборку делать из шлангов, но от качки даже просто стоять – и то трудно, а тут ещё надо и работать. Вот уборку и бросили. А команда – та вообще ничего не думала предпринимать.

Ночью мертвых, «закаченных» людей стали бросать за борт. Занималось этим человек семь из команды, на 15-е сутки плавания. Выбросили десятка полтора, если не больше.

Как-то раз, когда начало смеркаться, я с двумя вёдрами пошёл набрать воды. И вдруг на палубу через борт как хлынет вода! Меня как подбросило! Чудом успел схватиться за поручни возле капитанской рубки, и этим спасся, а то был бы за бортом. Вёдра мелькнули за борт… После этого стал ходить только с одним ведром.

Заранее приметил один из спасательных кругов. И имел его в виду в случае, если корабль начнет гибнуть. Думал: ухвачусь за этот круг и спасусь! Но не подумал, что температура воды в Охотском море в это время около десяти градусов. Долго не проплаваешь!

И разве то были волны? Как я узнал от команды, высота волн иногда доходила и до 10-16 метров! 21) Правда это или нет - об этом уже скажет в Магадане газета «Советская Колыма».

Один из команды сказал, что наш «Кулу» - бывший старый царский крейсер, очень надежный. и мы можем не бояться утонуть от шторма.22) Это было видно, так как наш корабль глубоко сидел в воде, и борта были от воды метра на два с половиной – три, а может и больше.

Как-то под вечер я с ведром пробирался к крану, набрать воды, и в это время заметил в море военный корабль, с каким-то ненашенским флагом. Меня срочно согнали с палубы в люк… Потом я узнал, что то был японский миноносец, а за ним - ещё один. Больше я не видел ни одного корабля вплоть до бухты Находка.

За три дня до Находки 23) буря потихонечку начала спадать. Но ходить по палубе все равно было ещё опасно.

Однажды увидел в море касаток. Вначале подумал, что это нас ждут подводные лодки, но потом понял, что они не смогли бы плыть так близко друг от друга. А с расстояния в полкилометра я понял, что это какие-то рыбины, и узнал, что те громады – касатки. некоторые из которых могут доходить размером до 16 метров. 23)

Люди все поголовно лежали. Больные. Похудевшие, все кругом было забрызгано блевотиной, кое-где нары водой залило. Многие получили синяки и травмы, но мы давно уже были для тех. кто нас арестовывал, судил и вез - каким-то ненужным хламом. Например, никто из начальства за все 15 дней плавания даже не удосужился заглянуть к нам, спросить о наших делах.


Примечания.


19) «Кулу» - это расположенная в Индии долина, считающаяся в этой стране одним из самых красивых мест. Но пароход, скорее всего, назван по имени реки Кулу, берущей начало на Охотско-Колымском нагорье. Слияние этой реки с рекой Аян-Юрях и образует реку Колыму длиной в 2129 км, протекающей по территории Якутии и Магаданской области, и впадающей в Колымский залив Охотского моря.


Из интернета: «Эвены, по территории расселения которых протекает Колыма, называли ее Кулу; сейчас название Кулу сохранилось лишь за притоком . Колымы. Эвенск. кула 'склон берега реки, обращенный на С.; сев. склон', что вряд ли могло дать название большой реке. Возможно заимствование названия эвенами из коряк.-чукот. куул 'глубокая речка', что более убедительно».


Кроме того, Кулу – это название села в .Тенькинском районе Магаданской области.


Пароход «Кулу» неоднократно упоминался в воспоминаниях отбывавших срок заключения на Колыме в 30-е годы , - на нём их переправляли из Владивостока в Магадан. Про историю этого судна - цитата из Интернета:


«Массовые морские перевозки заключенных начались с образованием в конце 1931 года Дальстроя и приданного ему Северо-Восточного ИТЛ — других путей, кроме морского, с «материка» на Колыму не было.


…С летней навигации 1932 года рейсы в Нагаево стали регулярными, тоннаж фрахта нарастал из года в год, и в 1935 году Дальстрой обзавелся собственным морским флотом, закупив в Голландии крупнотоннажные морские суда «Britlle» (переименован в «Джурму»), «Batoe» («Кулу») и «Almelo» («Генрих Ягода», переименованный потом по понятным причинам в «Дальстрой»), позже в Англии был куплен океанский грузопассажирский кабелеукладчик «Dominia» — после переоборудования он стал флагманом флота Дальстроя и получил название «Николай Ежов», тоже вскоре замененное на «Феликса Дзержинского».


20) Видимо, жир был тюлений.


21) Про Охотское море – из Интернета: «Наиболее штормовым является осенне-зимний период под воздействием ветров северных направлений. Наибольшие высоты (до 7 метров) волны наблюдаются в южной части пролива. Летом шторма бывают значительно реже с меньшей высотой волны (2–4 метра).


Распределение температуры воды в поверхностном слое Охотского моря отличается большим разнообразием. Наиболее холодные воды летом


Значительные размеры и большие глубины моря создают благоприятные условия для развития крупного волнения. Наиболее неспокойной является южная часть моря. Жестокие шторма чаще всего наблюдаются с ноября по март. Иногда шторма не утихают в течение 7–10 дней, а наибольшие высоты волн во время штормов достигают 10–11 метров.»


Как видно из этого текста, волны высотой в 16 метров – это уж чересчур.


22) Как ранее уже говорилось, пароход «Кулу» под другим именем был закуплен в 1935-м году в Голландии. Почему член команды назвал его старым царским крейсером – непонятно. Возможно – пошутил, или не хотел откровенничать с зеком.


23) Имеется в виду бухта Нагаево
http://cripo.com.ua/?sect_id=2&aid=121668



Tags: ГУЛАГ, сталинизм, судьбы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments