d_v_sokolov (d_v_sokolov) wrote,
d_v_sokolov
d_v_sokolov

Categories:

На службе тоталитаризма. Человек по ту сторону «колючки» ч.2

http://d-v-sokolov.livejournal.com/359496.html - ч.1

Женский лагерь


Это было областное женское лагерное отделение, а Николай стал начальником спецчасти.


Тут содержались заключенные – роженицы. Их было около 300 человек. Они здесь находились около 2-х лет, если кормили ребенка грудью.


Кормящие матери не работали, но, чтобы занять свободное время, часто они вязали крючком, палочками. Нитки добывали, распустив простыни.


Николай Федорович говорит, что у них была повышенная норма питания, давали мясо и 2 раза в неделю рыбу. В день полагалось 1600 г хлеба - это двойной паек – на мать и ребенка. Младенцы содержались отдельно от матери, их приносили только кормить и сразу забирали. Один раз в неделю разрешалось с ребенком гулять во дворе в течение часа.


По достижению ребенком 2-х лет, его определяли в детский дом. При этом спрашивала мать, куда предпочтительнее, чтобы она потом забрала. Определив ребенка, матери давали справку о том, где он находится.


А мать отправляли отбывать срок в какой-либо женский лагерь.


Николай Федорович одобряет все действия прежней системы. Он говорит: «Вот сейчас говорят: «В лагере родился!» Да это даже еще лучше, там такой уход хороший был!»




Среди лиц, осужденных за воровство, в послевоенное время было много женщин, вдов военных, матерей с грудными детьми, вынужденных просить милостыню или воровать. К концу 1948 года ГУЛАГ насчитывал около 500 000 заключенных женщин, вдвое больше, чем в 1945 году.




Детей в возрасте до 4 лет, содержавшихся в Доме младенца при лагере, где были заключены матери, было 22 815.




Этот показатель превысил 35 000 в начале 1953 года. ГУЛАГ превращался в большие ясли, несмотря на то, что правительство постановило в апреле 1949 года объявить амнистию 84 200 женщинам с малолетними детьми.




Но постоянно рос поток заключенных, поступающих в лагерь на основании приговора за мелкие хищения. Женщины до 1953 года составляли 25-30 % заключенных ГУЛАГа6.


С 1948 по 1953 год Н. Гончаров работал в спецчасти лагеря Томска-7.


5 марта 1953 года умер И. В. Сталин.


Начались первые попытки либерализации системы – десталинизации - стихийный процесс освобождения от сталинского наследия. В верхах началась борьба за политическое лидерство.


Л. П. Берия, как один из претендентов на власть, предпринял шаги с целью завоевать поддержку в обществе. После марта 1953 г по лагерям ГУЛАГа прокатилась волна восстаний. Берия предложил решить судьбу ГУЛАГа и «ликвидировать сложившуюся систему принудительного труда ввиду экономической неэффективности и бесперспективности». Эта позиция Берии не нашла поддержку. Вскоре Берия был расстрелян, а практика использования рабочей силы заключенных осталась.


Но ГУЛАГ становился машиной, все хуже управляемой. Наступал кризис ГУЛАГа.


По этой причине и по случаю траура по Сталину была объявлена амнистия.


Она коснулась 1 200 000 человек, то есть половины всех заключенных лагерей7.


После ХХ съезда КПСС тоже началось массовое освобождение почти всех политических заключенных из лагерей.




Свободу обрели более 80 % политических заключенных8. Но об этом не рассказывалось в газетах, не обнародовались имена палачей, доносчиков и осведомителей.


Спецчасть


Работа по освобождению заключенных и входила в обязанности Николая как начальника спецчасти.


Начальник вел прием заключенных. Иногда до ночи, как во время массовых амнистий, особенно в 1953 году.


«Отбой был в 10 часов, приходилось принимать освобождающихся заключенных до 12 ночи. А два раза приходилось оставаться ночевать с ними в бараке», - говорит Н.Гончаров. Заключенные над ним смеялись: «Ну, у меня 5 лет, а у вас какой срок?». Николай отвечал: «А у меня пожизненно!». Гончарову было 28 лет.


Он говорит: «Работы было очень много, в день освобождали до тысячи заключенных. Конечно, документы готовили заранее. У меня в штате работало 28 человек, в том числе 4 секретаря-машинистки, курьер, который вызывал заключенных». Обычно в деле заключенного хранились: фотографии в профиль и фас, приговор, определение на обжалование приговора, справки об изъятии. Позже накапливались и подшивались поощрения заключенного, жалобы его и ответы, приказы о наказаниях, зачеты. Всем этим оформлением дел и занимались работники спецчасти.


При освобождении они должны были сделать паспорт, так как прежний оставался по месту ареста. В обязанности работника спецчасти входило принять или проводить заключенного на вокзале, определить его и оформить документы. При освобождении работники спецчасти вызывали заключенного и тщательно сверяли - тот ли человек освобождается по документам. Задавали вопросы по его биографии, сверяли наколки (если они были), подпись. Потом заключенного провожали на вокзал, давали билет.


Так же работники спецчасти должны были следить за сроками заключенных, если он пересидит лишнее время - накажут.


Николай Гончаров говорит, что в сталинские времена была дисциплина: если заключенный напишет письмо в какие-либо инстанции - обязательно будет ответ.


Николай Федорович помнит, что один заключенный писал о помиловании Сталину 348 раз. Заявление всегда отправляли, и всегда ему приходил ответ.


В связи с этим Николай однажды разоблачил одну работницу лагеря, старшину хозчасти. Она за плату писала просьбы заключенных о помиловании. Она взяла деньги примерно у двухсот человек, а сама ничего не писала и не отправляла. Не дождавшись ответа, заключенные приходили в спецчасть и спрашивали ответ на письмо. Тут Николай и разоблачил аферистку. Оказалось, той просто нужны были деньги на отрез на платье…


Николай Федорович умел хорошо организовать работу: «При Сталине лишних бумаг не писали. Все справки – на маленьких листочках, короткие. Это чтобы не захламлять архивы. По прибытию этапа, на каждого заключенного заводятся 3 небольшие карточки: одна остается в лагере, 2 других отправлялись в край (область) и в Москву».


Всех заключенных учитывали по специальности. Особенно ценили образованных специалистов: врачей, инженеров, нефтяников, фотографов…. Их заносили в картотеку. Если требовалось государству - их перебрасывали туда, где они трудились по специальности, но в качестве заключенных. Спецчасть собирала им документы - в пакет, под роспись сопровождающему, и таких заключенных увозили в спецвагоне поезда.


До 1953 года использовалась система зачетов: если заключенный выполнял рабочую норму на 151% и более – шло сокращение срока наказания 1 к 3, а если на 121% и более – 1 к 2. Вот такие зачеты собирали и подшивали в дело заключенного работники спецчасти. Николай Федорович говорит, что система зачетов работала хорошо, у заключенных был стимул стараться и плохо, что ее отменили.


В обязанности начальника спецчасти входило по материалам личного дела представлять заключенного к условно-досрочному освобождению. Тогда он сопровождал 5-7 таких заключенных на суд. Вспоминает, что один заключенный подходил под УДО, но водить в суд его пришлось 3 раза, судья отказывал ему в освобождении. На 4-й раз судью заменили.


Иногда, в зависимости от статьи, поведения заключенного, и по усмотрению начальника спецчасти, заключенного могли расконвоировать. Их определяли работать по специальности, им давали специальные пропуска.


Николай говорит: «Могли обратиться чекисты (их все боялись) с просьбой подобрать шофера или конюха для работы в колхозе. Я по картотеке подбирал специалиста, учитывая поведение и статью».


Николай Федорович говорит, что у него всегда в делах был порядок, к нему посылали учиться, как поставить всю эту работу.


По сути, это отдел кадров заключенных.


Личная жизнь Николая была подчинена службе. До 1950 года служащим можно было жить в одном лагере с заключенными. Он говорит: «Я среди них спал и не волновался. Они меня отцом называли. А мне 19 лет было. Я до сих пор мало и чутко сплю. Могу в любое время заснуть».


Женился он в Томске в 1950 году на Храмович Диане – красивой девчонке с толстыми косами. Она работала фрезеровщицей. Жили в комнате в бараке. Родилась дочка. «Домой я не всегда мог вырваться. По 2 недели не видел семью». Их барачный поселок Кузьминка располагался при лагере. Тут не было даже ни бани, ни клуба. Они ходили в клуб и в баню к заключенным.


После 20 лет неустроенной жизни семья распалась, то есть, принесена в жертву служению системе.


В системе «почтовых ящиков»


В период «холодной войны» в СССР шло противостояние сил СССР и США. СССР необходим надежный ядерный щит. Усиливается роль ВПК. Усилия советского общества и науки концентрируются на развитии ядерной энергетики, космической техники. В системе ВПК создаются хорошо оснащенные закрытые города - «почтовые ящики». В Сибири строятся оборонные заводы по производству оружейного урана. Для их строительства решено использовать труд заключенных, и создаются новые ИТЛ…


Судьба Николая Федоровича связана с основанием двух таких закрытых городов: Томск-7 и Красноярск-45.


Он рассказывает, что участвовал в выборе площадки для строительства Томска-7. В 1948 году он сопровождал генерала армии А. Н. Комаровского выбирать место. Николаю дали 10 человек прокладывать лыжню для важной комиссии. Комаровский был руководителем строительства атомных объектов и с 1944 начальником Главпромстроя НКВД СССР. Комаровский возглавлял одну из самых мощных строительных организаций ГУЛАГа. Одновременно он стал членом коллегии МВД СССР. Специалист по использованию труда заключенных и по безжалостной их эксплуатации. На подведомственных Комаровскому предприятиях смертность была крайне высока. Главпромстрой создавал большое количество крупных предприятий, призванных удовлетворить нужды фронта и оборонной промышленности9.


Николай Федорович вспоминает: «В 20 км от города А. Н. Комаровскому понравилась поляна с березой. Он топнул ногой и сказал: «Здесь будет город заложен!». Этот секретный объект получил название «Роман».


Срочно организовали ИТЛ для строительства, с 1948 по 1953 годы Николай работал начальником спецчасти лагеря в Томске-7 (см. выше).


Вскоре с Дальнего Востока привезли 20 тысяч солдат-строителей. Армия в те годы – это тоже одно из направлений принудительного труда. Николая в 1953 году после амнистии направили служить в секретную часть 12-й строительной бригады. В его ведении была работа с личными делами 10 тысяч солдат.


В августе 1953 года случилось восстание солдат-строителей, положение которых было немногим лучше положения заключенных, также бесплатно эксплуатировался их труд.


Однажды один солдат не подчинился приказу и был убит, застрелен конвоиром. Николай Федорович рассказывает: «Восставшие избили начальника политотдела Сапруненко, разоружили его (он достал пистолет): отобрали оружие, разобрали и закинули в болото. На место происшествия приехал генерал- начальник стройки. Перевернули его машину и сказали: «Не суйся!». Восстание шло 4 дня, оборвали провода. Я три дня сидел дома, не ходил на работу. Зачинщиков нашли, и все успокоились».


В Орловском ИТЛ


С 1956 года судьба Николая Федоровича связана с основанием еще одного секретного объекта - «ядерно-ракетного щита СССР» - Красноярск-45. Тогда он назывался «Предприятие п/я 73».




Для его строительства был организован 31.07.1957 года Орловский ИТЛ10. Вот сюда и был отправлен Николай в 1956 году на должность старшего лейтенанта готовиться к новому месту службы.


Так как у него был целый сундук документов, бланков и бумаг, Николай не поехал на поезде в частном порядке. Он отправился с солдатами с ротой Николаенко и со своим сундуком. Николай Федорович говорит: «Вот в то время было плохо с канцелярскими принадлежностями, в большинстве личные дела заключенных были в газетных обложках. А я запасливый, у меня папки имелись. Жалко все было бросать».


Николай прибыл в Заозерный. Сначала жил в гостинице «Железнодорожная», потом снял комнату. «Семья приехала на 2-й год. Жена услышала, что тут слюдфабрика, и девчат много, испугалась, - говорит Николай Федорович. - На работу ездили за 25 километров, в открытых грузовиках. Всегда в пыли, в грязи. Мыться негде. Получал я 4000 рублей, питание обходилось примерно в 3 рубля в день, остальные деньги посылал семье.


Сначала я работал инспектором спецчсти Управления строительных частей, а с лета 1957 года – начальником спецчасти 2-го лагерного отделения. Всего лагерных отделений было 4. В каждом примерно по 800-1000 человек (в разное время). Размещались отрядами, в бараках, два офицера на 100 человек - начальник отряда и его заместитель. Всегда был дежурный по лагерю. Я работал во 2-м лагерном отделении, располагавшимся в районе ЗИВа. Чаще всего на службу и обратно ходили пешком, 6 км по грязи. А, например, кассира на тракторе возили. Жили в бараках. Тогда в лагерях не было офицерской столовой. В столовую для заключенных могли заходить лишь дежурный и врач снимать пробу с блюд. Мы питались, покупая что-либо в магазине при лагере».




Начальником штаба Управления лагерей был полковник Корнейчук И. Е11.


Николай Федорович рассказывает, что вскоре он умер от сердечного приступа. Тут хоронить его не стали. За его телом приехал и увез самолетом его родной брат, который был известным государственным деятелем СССР. Корнейчук Александр Евдокимович украинский советский драматург, с 1952 года член ЦК КПСС, с 1959 года председатель Верховного Совета Украины. Он автор известных пьес «Гибель эскадры», «Фронт» и других12.


Государство, как обычно, широко пользовалось почти бесплатным трудом заключенных для строительства объектов молодого города.




«Когда спецконтингент привезли на территорию, для них силами солдат-строителей уже были выстроены бараки из щитов с отоплением от небольших котельных. В палатках и землянках они не жили ни одного дня»13. Но и нельзя было поступить иначе с людьми, находящимися в полной зависимости от государства! Тем более их планировали использовать в качестве неприхотливой рабочей силы.


Силами 1-го лагерного отделения строили (во временном исполнении) ДОК, ЗЖБИ, УЖДТ.
2-е лагерное отделение строило железную дорогу, ЭХЗ.
3-е лагерное отделение строило городские объекты.
4-е лагерное отделение - ГРЭС.




Из книги Ю. П. Копеева «История химцеха за 40 лет»:




Численный и структурный состав строителей города, завода, ТЭЦ по годам

1956 год 0 заключенных
1957 год 500
1958 год 3000
1959 год 550
1960 год 6000

итого 10050 заключенных
14


Автор книги обращает внимание на то, что с началом монтажа оборудования корпуса № 902 ни одного заключенного на стройке не осталось. То есть к монтажу секретного производства они допущены не были. Господствовала практика использования заключенных на тяжелых малоквалифицированных работах.


В нашем городе есть самый первый жилой квартал, который называется «павлодарским». Вот его и строили заключенные. Дома там добротные, квартиры просторные, так называемые «сталинки».


Зону, где работали заключенные, огораживали высоким непроглядным забором с колючей проволокой. По углам вышки со стрелками. Работали по 8 часов. На работу на объект по чавкающей грязи или в студеный мороз их водили строем под охраной стрелков и собак. На стройку на рабочее место привозили обед. Он начинался по гонгу рельса. Работали тяжело, техники никакой, ручной труд. По возвращению в лагерь заключенных обыскивали, чтобы не пронесли ножи, заточки. В Орловлаге уже зачетов не было, а срок могли уменьшить по представлению начальника.


Кроме жилых домов, силами заключенных построены первая школа, магазины.


Николай Федорович со своей точки зрения представителя администрации лагеря считает, что заключенным жилось неплохо.


Да, в отличие от лагерей Колымы тут более мягкий быт.


Лагеря имели свой лазарет, персонал был набран из числа заключенных. Заболевшего заключенного освобождали от работы. Туберкулезным больным давали молоко. В лагерях имелись школы. Учащимся устанавливали короткий рабочий день - 6 часов. При лагерях было хозяйство, держали коров и свиней.


Н. Гончаров говорит: «Порядок был. Это Берия все организовал. Два раза в неделю показывали кино. Был клуб, там ставили концерты, работали кружки. Парикмахерская была бесплатная».


Николай Федорович рассказывает, что заключенным за работу полагалась зарплата. Она через бухгалтерию зачислялась на карточку. Можно было кое-что купить в магазине, с карточки вычитали сумму.


Все эти «удовольствия» - это самое малое, что могло компенсировать государство людям, не всегда справедливо лишенным свободы. До идеи правового государства было еще очень далеко!


Несмотря на идиллическую картину о лагерной жизни, факты говорят об обратном.


Однажды в Орловском ИТЛ произошло восстание. Причиной была национальная рознь.


Н. Гончаров рассказывает, что контингент лагеря при ГРЭС был многонациональным. Примерно одну третью часть составляли кавказцы. Накануне Нового 1958 года, 29 или 30 декабря в 8 часов вечера в клубе показывали фильм. Вдруг для работников лагеря прозвучал приказ «В ружье!». Фильм был сорван. Николай как раз был дежурным по лагерному отделению. На вышки подняли оружие – ручной пулемет Дегтярева.


Как потом оказалось, кавказцы отобрали посылку у русского заключенного. С криком: «Доколе будем терпеть?» за обиженного вступились земляки. Началась драка. В ход пошли самодельные ножи и заточки. Азербайджанцы забаррикадировались кроватями в бараке, не пускали охрану. Позже выскочили и бросились к проходной. Один заключенный был убит, 19 человек ранено. Чтобы остановить драку, пришлось стрелять вверх из пулемета. Это остановило восставших. Пришли офицеры. Азербайджанцев вывезли в бараки на станцию Карьерная, а позже отправили в Краслаг на ст. Решоты15.


«Тело убитого заключенного родители забрали домой в Баку, о чем был составлен документ, и дело его закрыли»,- вспоминает Николай Федорович.


Вот так в лагере проявились национальные противоречия, характерные для всей советской империи, пока скрытые и дремавшие в ней.


Система ГУЛАГа просуществовала еще некоторое время и была упразднена указом Президиума Верховного Совета от 13 января 1960 года


«Пересматривали дела, некоторых освобождали по амнистии, а оставшихся садили по 15 человек на поезд и отправляли в Краслаг»,- вспоминает Н. Гончаров.


Орловский ИТЛ закрыли, Николай Федорович был уволен в связи с его ликвидацией, как записано в трудовой книжке.


Да, Николай Федорович честно делал свое дело, работая в государственной системе наказания и исправления преступников.


Как говорит философская притча о старательном дровосеке, на каждом из нас лежит моральная ответственность за общественные результаты наших поступков. Даже если человек хорошо трудится, он может быть игрушкой в руках зла.


Посмотрим состав преступников, находившихся в исправительных учреждениях в послевоенное время, в наказании которых от лица власти участвовал Николай.




В 1946 году правительство постановило усилить применение закона от 7 августа 1923 года (закон о 3-х колосках). Только в ноябре 1946 года 53 300 человек, в большинстве колхозники, были приговорены к тяжелым лагерным работам за воровство колосков или хлеба. Голод 1946-1947 годов поразил Центральные районы России, число его жертв доходило до 500 000 человек. Увеличилось число хищений, у голодных колхозников не было выхода. К концу первого полугодия арестовано и отправлено в лагеря 380 000 человек, из них 21 000 составляли подростки до 16 лет. За воровство нескольких килограммов ржи давали до 8 лет лагерей.




За 6 лет 1 300 000 человек были осуждены по закону 1947 года «за посягательство на государственную или колхозную собственность», из них 75 % на 5 и более лет, а в 1951 году осужденные по этому закону составили 53 % уголовников ГУЛАГа и около 40 % от общего числа заключенных.




Попадают в ГУЛАГ по закону не выполнившие минимальную норму труда в колхозе. В 1948 году таких 38 00016.


Антисоветским элементам, осужденным ранее по ст. 58 («Шпионы, троцкисты»), прибавляют новый срок. Николай Федорович вспоминает, что по 58 статье сидел заключенный за то, что отказался взять в руки оружие. Ему дали срок 10 лет. Он был замечательным мастером, в лагере всем делал отличные часы.




Много заключенных было в результате геноцида в отношении народов17. Марксистская теория оправдывает вынужденное применение насилия для подавления сопротивления меньшинства в интересах большинства. В лагеря попадают представители разных национальностей, сопротивляющиеся насильственному насаждению социализма. Репрессировано 10 % населения прибалтийских республик, 7 % западных украинцев, молдаван…Они – националисты.




Возвращались репатрианты и военнопленные. Они – изменники Родины18.


Оправданием Николая может быть идеологический диктат советской системы, в котором он воспитан и за которым не все могли разглядеть грани добра и зла.


Простой парень Николай, как и большинство граждан, верил официальной пропаганде: «У нас самый справедливый строй, самая свободная страна».


Мощь и сила этой машины давила на молодого парня и не оставляла места для осуждения ее. Такое осознание правды было под силу таким как личностям А. Солженицын…..




К началу 60-х годов численность ГУЛАГа составляла 900 000 заключенных, из них 300 000 уголовников и рецидивистов, и 600 000 мелких правонарушителей, получивших наказание, не соответствующее тяжести проступка19.


Заключение


Николай Федорович посвятил лучшую часть своей жизни служению диктаторскому режиму.


Он не сомневается в его правильности и справедливости, оправдывает все его действия. Он говорит: «Была дисциплина. Правильно, что и за колоски судили. А то разреши - будут мешками тащить. Русский народ вороватый».


Аресты воспринимались как закономерность, как и видеть изо дня в день людей, лишенных свободы. Иметь власть над ними и быть представителем этой власти - в этом всесилие работников НКВД. Это была высшая степень доверия всесильного и грозного государства к работнику, оно поднимало его над остальными. И человек старался отплатить, был благодарен и старался преданно служить.


Выработалась психологическая модель приспособления: оставшиеся вне репрессий, пережившие несколько волн репрессивных акций люди наряду с глубоко затаенным страхом стали испытывать чувство благодарности властям за то, что репрессии их не коснулись. Само это воспринималось как благодарность властей, признание благонадежности.


Отсюда и возникновение у многих людей комплекса «единства партии и народа». В сочетании с мощной пропагандой это вырабатывало тоталитарный тип личности с его наркотической привычкой к указанием «сверху» отказом от анализа как действий «верхов», так и своих собственных.


Снимался вопрос о совести и личной ответственности.


Для тоталитарного типа мышления характерно пренебрежение к своим интересам, к семье и близким. Общественное ставилось выше личного. Полагалось жить по принципу «Прежде думай о Родине, а потом о себе». Жертвой стала его семья, которую не устраивала вторая роль, а на первой была работа. ….


И сегодня Н. Гончаров в свои 84 года занимает активную жизненную позицию, не стоит в стороне.


У Николая Федоровича годы работы в репрессивных органах сформировали качество - уверенность в своей правоте. Потому что всю жизнь он действовал от имени государства и был представителем его. Он и сегодня активно работает в президиуме городского Совета ветеранов, ему нравится власть над людьми. Он до сих пор «служит справедливости» и устанавливает ее с точки зрения его правды. Работает председателем жилищно–бытовой комиссии, его приглашают разбирать бытовые споры, он участвует в распределении квартир ветеранам. Он до сих пор позиционирует себя представителем власти, причем, той прежней, командно-административной, и окружающие его люди это принимают.


Николай Федорович защищает прежние советские порядки, является активным членом КПРФ, агитатором ее, то есть верно служит прежней системе. На наши встречи он всегда приносит литературу и агитационный материал своей партии.


Таким образом, Николай Федорович является по сути своей деятельности активным защитником прежней тоталитарной системы и типичным ее представителем сегодня среди нас.


Своей работой я хотела внести небольшой вклад в историю – через судьбу моего героя запечатлеть типичные, не всегда позитивные моменты ушедшей истории ХХ века.


Жизнь и судьба Н.Гончарова – часть большой истории нашего государства и маленькой истории моего города.


Краткое содержание работы


В данном исследовании рассматривается проблема тоталитарного государства через судьбу Гончарова Н.Ф. На примере его жизни прослеживается идея трансформации, превращения деревенского мальчишки, односельчанина М. Шолохова, в сторонника и защитника советского диктаторского режима.


Родившись на Кубани в станице Вешенская, Н.Гончарову, казалось, была уготована судьба крестьянина. Но бурные события истории советского государства оторвали его от сельских корней, бросили в водоворот битв Великой отечественной войны и заставили служить репрессивной машине – опоре тоталитаризма.


Его судьба не уникальна, а типична для многих советских людей.


Роль руководителя в данной работе состоит в помощи в отборе материала, знакомстве ученика с методами исследования. Помогала установить связи между фактами жизни и историей, в анализе и обобщении собранного материала, в редактировании работы.


Приложения











Трудовая книжка Н.Ф.Гончарова свидетельствует о том , что он работал в системе лагерей до ликвидации Орловского ИТЛ в 1960 г.





Во время службы в женском лагере г.Томска . 1947 г.





Инспектор спецчасти в лагере п.Чекист (Томск)





1952 г. Томск. Спецчасть лагеря. В штате около 20 человек.





Томск-7. Начальники спецчастей лагерей. 1949 г.





1952 г. В своей однокомнатной квартире в бараке.





Томск. Посёлок Асино. Н.Гончаров поехал принимать заключённых.





1957 г. Во время службы в Орловском ИТЛ.


Список использованной литературы.


1 Дмитренко В.П. История отчества. XX века. М. 1998, с. 253
2 Черная книга коммунизма. Преступления, террор, репрессии. М.1999, с. 157
3 Черная книга коммунизма. Преступления, террор, репрессии. М.1999, с 169
4 Дмитренко В.П. История отчества. XX века. М. 1998, с. 415
5 Черная книга коммунизма. Преступления, террор, репрессии. М.1999, 181
6 Черная книга коммунизма. Преступления, террор, репрессии. М.1999, 216
7 Черная книга коммунизма. Преступления, террор, репрессии. М.1999, 236
8 Кожинов Ю. Россия XX век. 1939-1964. М. 1992 Т. 2, с. 127
9 Залесский К.А. Империя Сталина. Биографический энциклопедический словарь. М. 2001
10, 11,15 Сигачев С. Система исправительно-трудовых лагерей в СССР. Справочник
12 Советский энциклопедический словарь. М. 1988. с. 280
13 Шалыгина Н. Павлодарский квартал строили з/к. Импульс. 17 ноября 2005
14 Копеев Ю. История химцеха за 40 лет. Зеленогорск. 2003. с. 5
16 Черная книга коммунизма Преступления, террор, репрессии. М.1999, с. 327
17 Стецовский Ю. История советских репрессий. Т. 2. М.1997, с. 116
18 Черная книга коммунизма Преступления, террор, репрессии. М.1999, с. 389
19 Черная книга коммунизма Преступления, террор, репрессии. М.1999, с. 398
http://www.memorial.krsk.ru/Work/Konkurs/10/Inozemceva/0.htm


Tags: ВОВ, ГУЛАГ, судьбы, чк-огпу-нквд
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments