?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
"МЫ ВСЕ С ГЕНЕРАЛОМ де ГОЛЛЕМ!" ч.1
d_v_sokolov
Русские герои французского Сопротивления


Изучению событий Второй мировой войны на территории Франции посвящено огромное количество научной и популярной литературы. Немало сделано и в разработке истории французского Сопротивления. Однако об участии в нём эмигрантов из России написано очень немного, хотя перед войной во Франции их проживало не менее 70-80 тысяч человек! Многие из них участвовали в подпольных антифашистских организациях под вымышленными или иностранными именами и фамилиями, бесследно исчезли в концлагерях, были расстреляны нацистами, погибли в боях или пропали без вести. Большинство из тех, кто уцелел, после войны вернулись к своей прежней незаметной жизни рабочих и мелких служащих, а кто-то покинул Европу, вернулся в СССР или перебрался в другие уголки света. Так что попытка разобраться в той роли, которую сыграли русские в антифашистской борьбе во Франции, представляется нам занятием небесполезным.
Многие эмигранты из России вступили в битву с нацизмом уже в сентябре 1939 года, когда после нападения Гитлера на Польшу во Франции была объявлена всеобщая мобилизация. По закону от 31 марта 1928 года лица без гражданства в возрасте до 30 лет, не служившие у себя на родине в армии, подлежали призыву. Примечательно, что среди русских было немало тех, кто пошёл воевать добровольно, разделив с французами все тяготы войны, взяв на себя частицу ответственности не только за судьбу приютившей их страны, но и за всю Европу, которую был готов растоптать немецкий военный сапог...
Среди добровольцев оказалось немало прославленных русских парижан: поэты Георгий Адамович и Николай Оцуп, историк Антон Керсновский и другие. В 1939 году в ряды французской армии вступил писатель Владимир Варшавский, прославившийся впоследствии как автор известной книги «Незамеченное поколение» (1956). Её шестая глава посвящена Второй мировой войне и русской эмиграции. В ней впервые обобщались данные о русских участниках французского Сопротивления — «Пантеоне самых доблестных и светлых русских героев», — впервые ставился вопрос о той роли, которую сыграли они в победе: «Мелькают слова: убит, скончался от ран, расстрелян немцами, добит штыками, посмертно награждён Военной Медалью, Военным Крестом с пальмами, доброволец, партизан, волонтёр, перешёл к де Голлю, погиб в Резистансе, убит в рядах войск Свободной Франции»1. В главе был приведён список погибших в Сопротивлении молодых эмигрантов и рассказы о подвигах наиболее известных героев: матери Марии, Вики Оболенской, Бориса Вильде и других.

Парад немецких войск в Париже. 14 июня 1940 г. РГАКФД.

...Известно, что французское командование поначалу надеялось отсидеться за цепью неприступных (как казалось тогда!) укреплений линии Мажино. Но «странная война» постепенно подходила к концу, начиналась война настоящая. 10 мая 1940 года немецкие войска вероломно пересекли границы Голландии, Бельгии и Люксембурга. К концу месяца танки Гудериана вышли к Па-де-Кале. Военная катастрофа у Дюнкерка окончательно похоронила надежду остановить немцев: французская армия стремительно отступала, рассыпаясь на глазах. Утром 14 июня нацисты вошли во французскую столицу. Журналист Лев Любимов вспоминал: «Мерными колоннами двигались немецкие части по Парижу. Вытянувшись в струнку, солдаты сидели рядами на грузовиках. Огромные танки громыхали по Елисейским Полям, по всем проспектам и улицам, выплывали отовсюду, ныряя хоботом и снова грузно выпрямляясь. Словно какие-то мастодонты вторглись в столицу Франции и наполнили её своим шумом и тяжестью»2.
Когда немцы вступали в Париж, вышел последний номер милюковских «Последних новостей». Редакция обещала, что в следующий раз газета будет выпущена где-нибудь во французской провинции. Самого Павла Николаевича Милюкова звали перебраться за океан, в США, но он переселился в неоккупированную зону, сначала в Виши, потом в Монпелье, а затем в Экс-ле-Бэн. Там бывший кадетский лидер начал снова собирать свою библиотеку, ведь предыдущее собрание книг (12 тысяч томов) было конфисковано немцами в Париже в 1940 году. Он пытался заняться научной работой, писал воспоминания, надеялся вновь издавать газету, но здоровье его ухудшалось, сильно мешало отсутствие необходимых книг, документов, прессы. Милюков скончался на юге Франции в 1943 году; последней его крупной радостью в жизни стала победа советских войск под Сталинградом.
Как и Милюков, решительно отвергали саму возможность сотрудничества с нацистами и правительством Пэтэна знаменитые эмигранты, жившие во Франции: писатели Иван Бунин и Алексей Ремизов, генерал Антон Деникин, бывший глава Временного правительства Александр Керенский и многие другие.
С падением Парижа вся тяжесть борьбы переместилась с полей брани в партизанские отряды и на конспиративные квартиры. Перед французами встал вопрос: нужно ли продолжать сражаться, рискуя жизнью, или же необходимо смириться с поражением, сохранив себя? Казалось, что ничего в Париже не изменилось: «Все старались получше одеться, пошикарнее, подчас совсем броско и пёстро; у большинства женщин были сапоги и туфли на деревянной подошве, и они, как кастаньетами, отбивали по улице шаг; театры, кино — всё было переполнено...»3 Но был и другой город, в котором за ширмой показного веселья, модных нарядов, кафе, заполненных публикой, не прекращались аресты патриотов. В этом городе сражались, устраивали диверсии и саботажи, освистывали немецкие кинофильмы и военные хроники в полумраке кинотеатров.

Генерал Шарль де Голль.

Пришлось делать выбор и эмигрантам. Настоящим потрясением и личной трагедией для большинства стало воскресное утро 22 июня 1941 года: Гитлер напал на Россию! И пусть она звалась тогда Советским Союзом, пусть у власти там стояли коммунисты, но всё же это была Родина, которая находилась в смертельной опасности. В те дни Михаил Осоргин, обращаясь к своим соотечественникам, заметил, что, «когда швыряются бомбы в Московский Кремль, они не в Сталина швыряются, а в сердце России, в её историческое бытие»4. 22 июня стало днём патриотической мобилизации эмиграции, но одновременно и днём её раскола. Одни ещё до войны симпатизировали Гитлеру, а затем приветствовали его опустошительное шествие по Европе. Среди них оказалось немало членов Русского общевоинского союза (РОВС), в том числе генерал Н. Н. Головин, возглавивший Высшие военные курсы в Париже. Некоторые бывшие русские офицеры пошли служить в немецкую армию от безысходности. Как правило, это были люди, которые не смогли найти на чужбине достойного заработка, прозябали в нищете и были вынуждены либо умереть с голоду, ибо идти на сотрудничество с оккупантами. Многие из них попали на работу в полицию или на Восточный фронт, где часто пытались сдаться партизанам, которые нередко убивали их как предателей. В 1944-м, после освобождения Франции, массы бывших русских офицеров, сотрудничавших с оккупантами, сдавались союзникам и заканчивали войну уже в качестве военнослужащих Иностранного легионa или американской армии5.
С самого начала оккупации немцы предприняли меры против русских во Франции. Так, в 1940 году, по распоряжению Альфреда Розенберга, прибалтийского немца, жившего когда-то в Москве, былa конфискована и вывезена в Германию Тургеневская библиотека6. Арестам подверглись десятки эмигрантов из России. В первую очередь это коснулось евреев и социалистов. Илья Бунаков-Фондаминский, заметная фигура в общественной и культурной жизни довоенного Парижа, с начала оккупации руководил эвакуацией евреев из Франции в США, но сам не захотел воспользоваться возможностью уехать зa океан. Он вернулся из Ниццы в Париж и был арестован. В Освенциме незадолго до казни Бунаков-Фондаминский принял православие. Трагическая гибель ожидала и его монпарнасских знакомых — поэтов Юрия Фельзена; Юрия Мандельштама, Раису Блох и Михаила Горлина.
22 июня 1941 года по приказу оккупационных властей были проведены повальные аресты среди русского населения Парижа. Задержанных в ходе этих облав заключили в Компьенский лагерь7. Среди них оказались И. А. Кривошеий, Д. М. Одинец, П. А. Бобринский, сын Матильды Кшесинской князь В. А. Романовский-Красинский, бывший русский военный атташе в Вашингтоне генерал Н. Л. Голеевский, отец Константин (Замбрежицкий), всего примерно около тысячи человек. Большинство арестованных были отпущены через 7—8 месяцев, и только Голеевский через полтора года.
Оккупационные власти в июле 1941 года создали управление по делам русской эмиграции во главе с Ю. С. Жеребковым, в задачи которого входила обязательная регистрация всех эмигрантов, до¬стигших 15-летнего возраста. Было заявлено, что все русские, которые должным образом не зарегистрированы, будут находиться на положении граждан СССР, что фактически грозило им арестом и отправкой в немецкие концлагеря8. Летом 1942 года начала выходить профашистская газета «Парижский вестник», редактором которой стал П. Н. Богданович. Жеребков заявил, что только Гитлер может знать, «что будет с Россией, какие формы правления ей понадобятся»9.
Несмотря на активную гитлеровскую пропаганду, идеи Сопротивления охватили куда большие слои русских эмигрантов, чем идеи коллаборационизма. И неудивительно, ведь большинство из них было воспитано в системе устойчивых духовных ценностей, среди которых патриотизм, чувство любви к Родине всегда стояли на первом месте. Русские стали активными участниками подпольной работы на территории Франции.
Широкую известность приобрёл поступок Бориса Вильде и Анатолия Левицкого, сотрудников Музея человека в Париже. Вильде родился в 1908 году в Эстонии, а с 1932-го поселился во Франции. В Париже он учился в Сорбонне, познакомился с очаровательной девушкой Ирэн, дочерью крупного историка Фердинанда Лота, которая стала его женой. Среди русских парижан Вильде был широко известен как талантливый поэт, печатавшийся под псевдонимом Дикой. В 1938 году он вступил в монпарнасский
«Круг», основанный Бунаковым-Фондаминским. Друзья любили его за щедрость и широту души. Твёрдая воля и жажда жизни уживались в нём с экзистенциалистским, трагическим мировоззрением.


Фашистский флаг над Парижем. 1940 г. РГАКФД.

К началу Второй мировой войны Вильде уже был известным историком и этнографом. Не раздумывая, вступил во французскую армию, участвовал в тяжёлых боях, переживал горечь поражений. После военной катастрофы 1940 года Вильде бежал из немецкого плена и вернулся в Париж, чтобы вновь сражаться с нацизмом. В августе 1940 года он вместе со своим другом Левицким, крупным исследователем шаманизма, распространял среди парижан «Тридцать три совета оккупированным», расклеивал в телефонных
телефонных будках, в уборных, даже на немецких автомобилях листовки со словами «Мы все с генералом де Голлем!»10.
Осенью 1940 года в Музее человека сложилась подпольная антифашистская организация. Её костяк составили учёные, студенты, литераторы (Жан Кассу, Клод Авелин и др.). Люди разных профессий, родившиеся в разных частях света, вместе вступили в борьбу с нацизмом. Душой этой организации и стал Борис Вильде. Именно он, всю жизнь говоривший на французском с сильным акцентом, придумал название для газеты организации — «Resistance» («Сопротивление») — слово, которое впоследствии стало служить для обозначения всего французского антифашистского движения. 15 декабря 1940 года первый номер газеты вышел из печати.
Рискуя жизнью, Вильде переправлял через неоккупированную зону добровольцев в армию де Голля, скрывал от полиции англичан, не успевших эвакуироваться с материка, вёл подпольную работу как в столице, так и в провинции. Но нацисты смогли установить за ним слежку, фиксировали все передвижения. 12 февраля 1941 года произошёл обыск в Музее человека, в ходе которого были арестованы Анатолий Левицкий и его французская невеста И. Оддон. Кассу, Авелину и нескольким другим подпольщикам удалось скрыться. Сам Вильде находился в тот момент в Лионе. Он настоял на выпуске очередного номера газеты, чтобы снять подозрения с арестованных, но вскоре сам был схвачен.
В тюрьме Вильде вёл себя стойко, изучая санскрит. В январе 1942 года начался закрытый процесс над 18 обвиняемыми по делу Музея человека. 17 февраля был оглашён приговор: Вильде, Левицкий и ещё пятеро их соратников были приговорены к смерти. Вечером 23 февраля 1943 года их жизни оборвались от немецких пуль в тюрьме Фрэн, несмотря на ходатайства о помиловании со стороны чле¬нов Французской академии наук П. Валери, Ж. Мориака, Ж. Дюамеля. 3 ноября 1943 года находившийся в Алжире генерал де Голль посмертно наградил Вильде и Левицкого медалью Сопротивления. В приказе о награждении говорилось: «Будучи арестованными чинами гестапо и
приговорёнными к смертной казни, явили своим поведением во время суда и под пулями палачей высший пример храбрости и самоотречения».
Вообще же молодые эмигранты, ровесники Вильде и Левицкого, принимали в Сопротивлении активнейшее участие. К. Радищев, студент Сорбонны, потомок известного вольнодумца, создал подпольную антифашистскую ячейку. В 1943 году он был арестован и вывезен в концлагерь в Германии, где погиб в 1944-м 22 лет от роду. Н. Мхитарианц-Мхитаров, выполнявший важные разведывательные задания, был схвачен гестапо в марте 1944 года и расстрелян в июле 1944-го в
тюрьме Санте. Ему было 20 лет.


Жители французской столицы у немецких автомобилей. РГАКФД

Активно поддержали движение Сопротивления русские женщины. Нередко именно от них зависел исход самых рискованных операций. В департаменте Дор-цонь с 1941 года в рядах партизан сражалась Т. А. Волконская. Врач по профессии, она оказывала помощь больным и тяжело раненным, распространяла антифашистские листовки, а порой и с оружием в руках участвовала в сражениях за ос¬вобождение юго-западной Франции* 31 марта 1944 года фашисты арестовали её, зверски избили, а затем бросили на обочине дороги. Лишь чудом Волконской удалось выжить, но и после этого она вновь продолжила опасную работу.
Знаменитая писательница и литературный критик княгиня Зинаида Шаховская с 1940 года находилась в санитарных войсках французской армии, а затем принимала участие в Сопротивлении на юге Франции. В январе 1942-го она при помощи друзей переправилась в Англию, где в Лондоне работала редактором Французского информационного агентства. За свою деятельность во время войны была награждена орденом Почётного легиона.
Ариадна Скрябина, дочь великого композитора, вышедшая замуж за еврейского поэта Довида Кнута и принявшая имя Сарра Кнут, активно участвовала в подпольной борьбе. Она была одной из основательниц еврейской антифашистской организации, позже влившейся в состав
войск «Свободной Франции». Однажды ей и её мужу было поручено перевести группу евреев из Франции в Швейцарию. Кнут благополучно справился с поставленной задачей, а Скрябина попала в засаду, устроенную вишистскими жандармами, и была убита во время уличного боя в Тулузе 22 июля 1944 года". Она посмертно награждена Военным крестом и медалью Сопротивления.
Поэтесса и певица Анна Смирнова-Марли стала одним из авторов знаменитого «Марша партизан». Мало кому известно, что эта знаменитая песня изначально была посвящена русским партизанам, и лишь впоследствии Морис Дрюон и его дядя Жозеф Кессель написали для неё французский текст. После первого исполнения по радио Би-би-си «Марш партизан» наравне с Марсельезой сделался одной из самых популярных французских патриотических песен12.

Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.