d_v_sokolov (d_v_sokolov) wrote,
d_v_sokolov
d_v_sokolov

Categories:

И снова о нравах в Совдепии

Пополню коллекцию своих постов на тему, какая при большевиках была замечательная нравственность и мораль. Какая может быть нравственность, если коммунистическая установка изначально не предполагает ее: морально то, что выгодно партии. Никакой души и воздаяния за грехи нет, значит позволено все. Единственное - надо до определенного момента следовать общепринятым правилам игры.
Гражданская война не только обесценила жизнь, но и привела к девальвации нравственности. Более того, разрушение устоев морали было одной из задач интернациональной преступной организации, захватившей власть в огромной стране. С самого начала политика "строителей нового общества" была нацелена не только на то, чтобы уничтожить, изолировать и подчинить себе тех, кто мог быть потенциально опасен (а опасным становился любой самостоятельно мыслящий человек), но и вовлечь в порочный круг ненависти как можно больше людей, сделав их соучастниками своих преступлений. Типичный прием уголовной шайки: повязать кровью. Но вырожденцам этого было мало. Следовало еще и подорвать нравственные устои, т.к. манипулировать растленным и распущенным сбродом сподручнее, нежели нравственными и мыслящими людьми.

Что представляла собой духовность в Совдепии в первые годы после окончания Гражданской войны, можно увидеть на примере цитаты из воспоминаний участника Белого движения, сербского добровольца (по национальности он словенец, но воевал в составе Первой Сербской добровольческой дивизии русской армии, сформированной из военнопленных славян) А.Р. Трушновича. Оставшись в стране после победы большевиков, Трушнович жил в СССР по поддельным документам до 1934 г., стал свидетелем и антирелигиозных кампаний, и раскулачивания, и двух большевистких голодоморов...Не мог он обойти молчанием и картину ужасающего падения нравов в 1920-е гг.:


"Коммунистическая эротика

С самого начала советской власти атмосфера была насыщена грубой, пошлой эротикой. Дно городских трущоб, уголовные преступники, всякий сброд, начавший управлять страной, принесли с собой привычные им понятия о морали. Правящий класс и его карательные органы жили по принципу свободной любви, не прикрытой никакими масками.

Несколько наших студентов, побывавших в Питере на Путиловском заводе, расспрашивали рабочих, помнят ли они “всесоюзного старосту” товарища Калинина?
— Мишку? Как же не помнить? Пьяница, бывало и под станком пьяный валялся. Вечно бутылка из кармана торчала. Он мне пять рублей должен остался, в Москву приеду — морду набью. Да только он, проклятый, в Кремле забаррикадировался, разжирел, с комсомолками балуется...
У этого Мишки Калинина было множество “мадамочек”, а одну из них мы имели счастье лицезреть и слушать в начале 1934 года в московской консерватории. Когда она стала исполнять какой-то романс, по залу пронесся шепот: “Любовь Калинина”.
Половая распущенность у большинства людей вызывала скорее отвращение. Поэтому развращать начали другими способами.
В 1922 году я несколько раз присутствовал на выступлениях общества “Долой стыд”. Совершенно голый, украшенный только лентой с надписью “Долой стыд”, оратор на площади Краснодара кричал с трибуны:
— Долой мещанство! Долой поповский обман! Мы, коммунары, не нуждаемся в одежде, прикрывающей красоту тела! Мы дети солнца и воздуха!
Проходя там вечером, я увидел поваленную трибуну, “сына солнца и воздуха” избили. В другой раз мы с женой видели, как из трамвая, ругаясь и отплевываясь, выскакивает публика. В вагон ввалилась группа голых “детей солнца и воздуха”, и возмущенные люди спасались от них бегством. Опыт не удался, выступления апостолов советской морали вызвали такое возмущение, что властям пришлось прекратить это бесстыдство.
Распространение половой распущенности приняли на себя школы, художественная и научно-популярная литература. В школах преподавание полового вопроса без религиозно-нравственных начал развращало. К тому же у учителей не было возможности применять к ученикам меры воздействия, они должны были терпеть дефективных и морально распущенных детей, развращавших других. От ругательств, пошлых рассказов и анекдотов на сексуальные темы, которые учащиеся употребляли в своем обиходе, становилось жутко.
В том, что разложение народа было запланировано сверху, сомневаться не приходится. Возьмем хотя бы писательницу и представительницу советской власти за границей члена ЦК партии А. Коллонтай. Первая в мире женщина-посол агитировала за “свободную любовь” и проповедовала идею “стакана воды” (совершить половой акт — все равно что выпить стакан воды). Разве могла бы она без одобрения или указания сверху проповедовать эти гнусные идеи?
Разрушать семью большевики старались и иными способами. Под лозунгом раскрепощения женщин закрепощали их по-иному, заманивая в клубы, обязывая присутствовать на разных собраниях, приглашая на увеселения, создавая для них целый ряд должностных мест председательниц, делегаток, депутаток, женорганизаторш разных степеней, уполномоченных, выборных, просто состоящих в комиссиях, тройках — всего не перечесть. Жаль, что женский митинг в начале революции невозможно было увековечить в кинокартине. Как-то в президиум притащили горшки, которые в знак “раскрепощения” под визг, вой и крики “Долой горшки!” разбила исступленная женская толпа. Кто из этих активисток мог предполагать, что горшки останутся горшками, но варить в них будет нечего? Из-за перегрузок “общественными нагрузками” женщин в семьях возникали ссоры. Мужей, протестовавших против постоянного отсутствия жен, вызывали в совет, в комитет, где им делали внушения, упрекали их в консерватизме и собственничестве.
Некоторое отрезвление властей наступило еще в предшествовавшие коллективизации годы. Начался подлинный матриархат, когда фамилия отца была неизвестна и юридическим лицом становилась мать. Немалый страх нагнало широкое распространение венерических заболеваний.

Наступило и отрезвление народа. Начался религиозный подъем, люди постепенно стали возвращаться к моральным устоям".
http://www.dk1868.ru/history/zap_korn3.htm
Мне скажут, ну этот недострелянный белый напишет! Извольте, вот зарисовки с натуры (данные взяты из книги Э.Ф.Макаревича "Интимные тайны Советского Союза". Несмотря на свой скромный объем, исследование в высшей степени интересное, написано с привлечением советской литературы 1920-х гг. и фондов архивов - РГАСПИ, ГАРФ, ЦГА ИПД): 
"...Россия после Октябрьской революции стала страной, где секс не знал границ, а половая мораль превратилась в условное понятие. Походов к проституткам, правда, не было. Но появились иные формы вольного секса, по рецептам Коллонтай. Среди молодых ленинградцев особенно популярны стали «вечерки». Журнал «Смена» о нравах: «У нас распространены вечерки, где идет проба девушек, это, конечно, безобразие, но что же делать, раз публичных домов нет». По мнению молодого рабочего, девушки на такие «вечерки» приходят сами, — и ничего зазорного в этом нет, хотя может быть и похоже на публичные дома. 

Прокурор Ленинграда М.Л.Першин приехал как-то на завод «Красный путиловец» рассказать молодежи о сексуальных преступлениях. Потом в ряду записок получил такую: «А если у ребят невыдержка, нетерпежка, что делать?». Ничего прокурор не ответил. А в 1929 году в Ленинград пожаловала комиссия ЦК ВКП(б) по расследованию случаев так называемого «нетоварищеского обращения с девушками». Были тому большие причины. Тогдашние исследователи поизучали ситуацию в Выборгском районе Ленинграда. Картина впечатляла. Половую жизнь до 18 лет начали 77,5 процента мужчин и 68 процентов женщин, а 16 процентов юношей вступили в половую связь в 14 лет. Многие молодые люди одновременно имели по два-три интимных партнера, особенно здесь выделялись комсомольские активисты. А в целом 56 процентов активной молодежи относилось к группе легкомысленной и распущенной.
Количество внебрачных детей довольно-таки весомый показатель бесконтрольных половых связей. Здесь рабочий класс был в авангарде. В Ленинграде в 1927 году на 100 мужчин-рабочих родилось 3,3
внебрачных ребенка, а на 100 служащих — 1,5, а на 100 хозяев — 0,7.
В 1923 году на совещании агитаторов по вопросам рабочего быта звучали такие речи.
Председатель губернского союза текстильщиков Марков:  «Я предупреждаю, что на нас надвигается колоссальное бедствие... «свободная любовь». От этой свободной любви коммунисты натворили ребятишек. Коммунистов потом мобилизовали, и на иждивении завкома остались чуть ли не две тысячи ребятишек. И если война дала нам массу инвалидов, то неправильное понимание свободной любви наградит нас еще большими уродами».
Секретарь Московского совета Дорофеев: «Революция внесла разложение в семью. Многие рабочие озорничают и не так понимают свободу, расходятся со своими женами».
Заведующая женотделом Московского комитета партии Цейтлина:
«В литературе недостаточно освещаются вопросы отношений мужчины и женщины... Я знаю агитаторов, которые отвечают по тезисам товарищ Коллонтай. И на этой почве растет подбрасывание ребят».
И Троцкий, подводя итоги: «Надо при¬знать, что семья, в том числе пролетарская,
расшаталась».
Так было у рабочих. А что в студенчестве, самой отзывчивой части интеллигенции? Все тот же эрос без границ.
Только в России, в той атмосфере сексуальной суперсвободы, могло возникнуть летом 1925 года  общество под призывным названием «Долой стыд!». (Мое замечание: кстати - разночтение. У Трушновича указан 1922 г. Надо будет уточнить, когда именно это общество было создано. Но остальное, что указано в цитируемой книге об этом обществе, четко совпадает с тем, что описано у Трушновича.) Энтузиасты из студентов-гуманитариев, основавшие его, вдохновленные призывом Коллонтай, решили бороться со стыдом как с буржуазным предрассудком. Устраивая рекламные акции, они голыми маршировали по улицам. На желтых лентах, пересекавших наискось их потные тела, теснились слова «Долой стыд — буржуазный предрассудок». Особенно эффектно выглядели девушки: в одних туфельках, и с сумочкой в руке. Хождением по улицам дело не ограничилось, самые смелые активисты голышом ездили в трамвае, ходили в кино, обедали в общественных столовых. «У, нечистая сила», — шипели им вслед старушки, а дети бросали в них камни. Старшее поколение возмущалось, а молодое забавлялось такими сексуальными ин
новациями от «питерских» и московских! студентов.
Студенты того времени были весьма охочи до секса. Некто Д.Ласс исследовал сексуальную жизнь студентов одесских вузов в 1926 году и написал книжку «Современное студенчество». Оттуда мы узнаем, что каждый пятый студент начал половую жизнь до 15 лет, половина между 17 и 19 годами. 63 процента юношей и 49 процентов девушек имели постоянные сексуальные контакты, как правило, случайные. Внебрачные связи были у 25 процентов женатых и замужних. И при этом 23,6 процента опрошенных вступали в связь с одним лицом, а 60,7 процента — с несколькими. Верили в любовь более 56 процентов. Но 85 процентов опрошенных в своем стремлении к сексу видят лишь способ удовлетворения физического влечения. Вслед за Лассом московский социолог Гельман выявил, что в начале двадцатых среди студенчества более 80,8 процента мужчин и более 50 процентов женщин имели кратковременные половые связи. И только лишь 4 процента парней объяснили свое половое сближение с девушкой любовью к ней.

Об этом известный рассказ тех лет Пантелеймона Романова «Без черемухи», где главный герой, уложивший после первой прогулки девушку в постель, высказывается однозначно: «Ведь все равно это кончается одним и тем же — и с черемухой и без черемухи... что же канитель эту разводить?» А перед этим «социологический» монолог героини рассказа: «Любви у нас нет, у нас есть только половые отношения, потому что любовь презрительно относится у нас к области «психологии», а право на существование у нас имеет только одна физиология. Девушки легко сходятся с нашими товарищами-мужчинами на неделю, на месяц или случайно — на одну ночь. И на всех, кто в любви ищет чего-то большего, чем физиология, смотрят с насмешкой, как на убогих и умственно поврежденных субъектов».
Макаревич Э.Ф. Интимные тайны Советского Союза – М.: Алгоритм, 2007. - с. 26-31
Не правда ли, что читая все это, можно потеряться во времени.
Так о какой "советской духовности" рассказывают нынешние идеалисты? Ведь очевидно, что нынешняя деградация - прямое продолжение процесса, начатого несколько десятилетий назад...

Перечень моих предыдущих постов по теме советской духовности:

http://d-v-sokolov.livejournal.com/26166.html - "Двенадцать половых заповедей революционного пролетариата"
http://d-v-sokolov.livejournal.com/114867.html - Штрихи к портрету Ежова ч.3: интимные предпочтения
http://d-v-sokolov.livejournal.com/115526.html - Чекистские нравы
http://d-v-sokolov.livejournal.com/135446.html - Сталин и "ню". Штрихи к портрету
http://d-v-sokolov.livejournal.com/157773.html - Штрихи к портрету Ежова. ч.5: Семейная жизнь
http://d-v-sokolov.livejournal.com/172044.html - Штрихи к портрету Ежова. ч.6: бытовая распущенность
http://d-v-sokolov.livejournal.com/136857.html - Забавы шпаны в советское время
http://d-v-sokolov.livejournal.com/179370.html - «Организация, называвшаяся ”Блядоходом“»
http://d-v-sokolov.livejournal.com/182764.html - Большевицкое порно
http://d-v-sokolov.livejournal.com/204445.html#cutid1 - Сталинские бордели
http://d-v-sokolov.livejournal.com/210316.html - Школьницы для Берии
http://d-v-sokolov.livejournal.com/213586.html - Советопоклонство как вид сексуальной перверсии 
Tags: большевики, мерзость, систематизация постов, советские нравы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 67 comments