November 6th, 2012

"...Вывезти товары из сёл и колхозов, не выполняющих план хлебозаготовок..."

Вот она, сталинская эффективность хваленая!..
Интересно, поклонники Кобы современные, все эти кургиняныши и проханыши - согласились бы все отдать, что имеют во славу каких-то туманных обещаний "индустриализации" и "пятилеток"?..


Оригинал взят у allin777 в "...Вывезти товары из сёл и колхозов, не выполняющих план хлебозаготовок..."
Image and video hosting by TinyPic

Государственный архив Харьковской области. Ф. П - 2, оп. 3, д. 1, л. 131.

Советское "правосудие" для православных

Оригинал взят у evgen_1977 в Советское "правосудие" для православных
полгода под стражей без предъявления обвинений и постановления об аресте
трибунал
ЦГАМО Ф.4612 Оп. 1. Д. 705

Еще одно свидетельство преступного характера советской власти

Оригинал взят у sergey_verevkin в Еще одно свидетельство преступного характера советской власти
Оригинал взят у igorkurlв Сайт Дениса Карагодина о его репрессированном предке С.И. Карагодине (1881-1938)
 

карагstbg1Расследование в отношении судьбы КАРАГОДИНА Степана Ивановича

Родился в 1881 году, убит сотрудниками НКВД 21 января 1938 года.

http://blog.stepanivanovichkaragodin.org/

Благодарю автора за информацию об этом его интереснейшем и полезнейшем проекте, присланную мне в фейсбук.

Юрий Кочергин. Имя твое — солдат

Кое-что о терроре внутри армии в годы советско-нацистской войны 1941-1945 гг. Быть расстрелянным по надуманному обвинению было в то время еще даже легче, нежели в "мирное" время.
__
Передо мной лежит архивно-уголовное дело №6333В по обвинению Ивана Васильевича Киреева* по статье 58-1“а” УК РСФСР. Скупые строки из этого дела дают представление о солдате. Он родился в Хакасии в 1911 году. Как и многие, был малограмотным и беспартийным. Работал конюхом в колхозе “Путь к коммунизму”. Был женат на красавице Аграфене. Жили, очевидно, дружно, в любви и согласии. Нажили четверых ребятишек. Вот так складывалась жизнь у Ивана Киреева до войны.

А ПОТОМ началась Великая Отечественная. Уходили мужики на фронт. Родина звала. Вот и многодетному Ивану, трудившемуся в колхозе от зари до зари, пришел черед идти бить врага Отчизны. Его призвали в рабоче-крестьянскую Красную Армию в июне 1942 года.

А уже в октябре на него, никогда ранее не судимого, было заведено уголовное дело. Киреева обвинили в том, что 7 октября 1942 года, будучи на переднем крае обороны, “под предлогом ухода за соломой” он пытался перейти на сторону немцев и тем самым изменил Родине. В деле имеется донесение командира роты: “В нашем районе обороны задержан боец Киреев в 5 метрах от немецких траншей. Он шел открыто по полю без винтовки, в руках была коса. Остановлен окриком зам. командира 208-го полка ст. лейтенанта Антонович. Киреев имел с собой: вещмешок, сумку от противогаза (без противогаза), косу, красноармейскую книжку, бумажник, денег 21 рубль”. Киреев незамедлительно был арестован.
Collapse )

Жизнь в СССР: признался - преступник! Не признался - вредишь власти и порочишь "органы"

Оригинал взят у sergey_verevkin в Жизнь в СССР: признался - преступник! Не признался - вредишь власти и порочишь "органы"
Оригинал взят у igorkurlв Как убивали моего прадеда. Протест чинов местного НКВД на «не тот» приговор суда (февраль 1937 г.).

 ВЕНИАМИНОВфото-001

К ДНЮ ПАМЯТИ ЖЕРТВ СОВЕТСКИХ ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕПРЕССИЙ.

И в продолжение темы об арзамасских судилищах за «антисоветские высказывания» над моим прадедом – Иннокентием Ивановичем Вениаминовым (1885-1937), отцом моей бабушки (матери моего отца Марины Иннокентиевны Курляндской, урожд. Вениаминовой), правнуком митрополита Московского святителя Иннокентия (Вениаминова) (1797 – 1879) и сыном духовника вдовствующей императрицы Марии Федоровны протоиерея домовой церкви Аничкова дворца  Ивана Гавриловича Вениаминова (1856-1947).

Примыкающий к теме материал о выступлениях И.И. в «судах» по его «делам» можно увидеть здесь:

http://igorkurl.livejournal.com/149918.html

Документы из архивно-следственного дела № П-105596, хранящемся в Государственном архиве Нижегородской области (я знакомился с ними в читальном зале ЦА ФСБ). Все документы о репрессиях моих родственников Вениаминовых (по всем следственным делам), с комментариями,  готовятся мной в настоящее время к публикации в заключительном томе (как дополнение к изданию) Собрания сочинений митрополита Иннокентия (Вениаминова), которое выходит под редакцией издательства Московской Патриархии.

 

Представляемый здесь документ вызван тем, что приговор первого суда от 26 января в Арзамасе  по делу Вениаминова показался чинам управления НКВД по Горьковской области неправильным. Суд всего лишь отправил дело на доследование, обратив внимание на несоответствие в показаниях свидетелей, а не дал, как следовало бы ждать, обвиняемому в «антисоветских» высказываниях реальный  срок. Взыграла «честь мундира» чекистов, - ведь они  вели следствие. Любопытно, что попытки защиты И.И. Вениаминова c отрицаниеv им своей вины, -  по своему первому «делу» 1930 года,  по следствию в Орле 1934 года, по «делу» 1937 года - трактуются чекистами как само по себе антисоветское поведение, доказательство его враждебности, дискредитация органов советской власти в лице органов ОГПУ-НКВД.  Таков был безвыходный круг попавших в жернова сталинской репрессивной машины – если ты признавался в не существующих «преступлениях», значит, неоспоримо доказывал свою вину. А если не признавался, то значит тем самым клеветал на органы советского «следствия» и «правосудия» , дискредитировал их, порочил их «работу».

Инициированный чекистами прокурорский протест по делу И.И. Вениаминова вскоре последовал (13 февраля 1937 г.) и был удовлетворен Президиумом Горьковского областного суда (3 марта 1937 г.). Состоявшийся по прежнем обвинениям в том же Арзамасе второй «суд» 24-25 марта той же выездной сессии коллегии по спецделам Горьковского областного суда (но в другом составе) приговорил Вениаминова к двум годам лишения свободы. После получения известия в конце мая об отклонении апелляции по его делу спецколлегией Верховного суда РСФСР (4 мая), летом 1937 г. Вениаминов был отправлен в Орлово-Розовский пункт Сиблага, где его ждало последнее, расстрельное (групповое) «дело» ноября-декабря 1937 года. 

Что Иннокентия Ивановича Вениаминова быстро «досудили» именно по указке чекистов, весьма показательно, - это из того длинного ряда фактов, что ярко вскрывают подчиненное положение прокуратур и судов спецслужбам в советской системе, рабскую зависимость первых от последних.

Интересны и отраженные в документах дела инкриминируемые моему прадеду «крамольные» высказывания о «свободе» в советской стране, которые вырывались у него иногда видимо от отчаяния, - в его униженном, бесправном положении бывшего ссыльного по сфабрикованному «делу» и «бывшего» по своему социальному положению. Человека, любящего свою страну, но насильно лишенного государством любимого дела, будущего, семьи, профессии, маргинализированного, выброшенного «за борт», сидевшего в тюрьмах и ссылке ни за что,  скитавшегося по чужим людям и  городам, перебивавшегося случайными заработками.  Инвалида, страдавшего сердечной и нервной болезнями. Однако эти слова были зафиксированы доносчиком – «свидетелем» Лебедевым (исказившим при том часть высказываний И.И. в своих «показаниях» ), запомнились другим лицом - и стали элементом обвинения.     

 

Отношение начальника 4 отдела УГБ УНКВД Горьковской области Мартынова и начальника 1 отделения 4 отдела УГБ УНКВД Горьковской области Чугунова прокурору по Горьковской области Устюжанинову с просьбой пересмотреть решение суда по делу И.И. Вениаминова.

 

9 февраля 1937 г.

 

ПРОКУРОРУ ПО ГОРЬКОВСКОЙ ОБЛАСТИ -

                                                  Тов. УСТЮЖАНИНОВУ

Копия: ПРЕДСЕДАТЕЛЮ ГОРЬКОВСКОГО ОБЛСУДА

                                                   Тов. ГЛУЗМАН.

                                                                                             Здесь.

26-го января 1937 г. выездная Сессия Спец. Коллегии Облсуда в г. Арзамасе, рассмотрев в судебном заседании следственное дело № 6745 по обвинению ВЕНИАМИНОВА Иннокентия Ивановича по ст. 58, п. 10, ч. 1 УК РСФСР определила:

В связи с тем, что свидетель КАРАУЛОВ на следствии воспроизвести сказанное обв(инояемым) ВЕНИАМИНОВЫМ не мог и дал противоречивые показания в сравнении с показаниями свидет(еля) ЛЕБЕДЕВА, что из показаний свид(етеля) ЛЕБЕДЕВА выступлений к-р характера со стороны обв(инияемого) ВЕНИАМИНОВА не установлено, дело № 6745 возвратить на доследование на предмет перепроверки показаний свидетелей КАРАУЛОВА, ЛЕБЕДЕВА и ШАРОВА на очной ставке с обв(иняемым) ВЕНИАМИНОВЫМ с присутствием прокурора и дополнительного допроса новых свидетелей БЕЛЬСКОГО, ГЕЙНЕ и ТИМОФЕЕВА.

Совершенно непонятны основания приведенных мотивов выездной Сессии, вследствие которых дело направлено на доследование. Материалы предварительного следствия, а также судебного заседания, указанные мотивы не оправдывает (так в тексте, очевидно правильно - "оправдывают" - И.К.).

Свидетель ЛЕБЕДЕВ, как на предварительном следствии, так и судебном заседании, п о к а з а л:

В конце июня 1936 г. ВЕНИАМИНОВ в присутствии КАРАУЛОВА по вопросу новой конституции говорил:

- "Конституция опубликована только для эффекта, а на самом деле это ловушка для нашего брата".

В доказательство чего привел пункт конституции, где говорится о равенстве, свободе слова и демонстраций, заявив:

- "попробуйте только сказать что-либо против, вам покажут такую свободу".

Свидетель ЛЕБЕДЕВ свои показания подтвердил на очной ставке с обв(иняемым) ВЕНИАМИНОВЫМ (л.д. 19), на предварительном допросе 19/Х - 36 г. (л.д. 36), на третьем передопросе народным следователем по Арзамасскому району СУРОДИНЫМ (л.д. 52 об.) и на судебном заседании.

Противоречий в показаниях совершенно нет. Выступление ВЕНИАМИНОВА явно к-революционно, а отсюда является непонятным определение судебного заседания в обратном.

Допрошенный свидетель КАРАУЛОВ первоначально по этому вопросу показаний не дал. После того, как ему была дана очная ставка со свид(етелем) ЛЕБЕДЕВЫМ 25 июля 1936 г., припомнил и показание свид(етеля) ЛЕБЕДЕВА полностью подтвердил (л.д. 18). 89. Свидетель КАРАУЛОВ свои показания также подтвердил на очной ставке с обв(иняемым) ВЕНИАМИНОВЫМ (л.д. 15 об.), на передопросе 17/Х - 36 г. (л.д. 35 об.), подтвердил также и на вторичном передопросе народным следователем по Арзамасскому району СУРОДИНУ (л.д. 50 об.).

На судебном заседании свидетель КАРАУЛОВ показал, что после показаний свид(етеля) ЛЕБЕДЕВА на очной ставке с ним, он, КАРАУЛОВ, восстановил в памяти следующее заявление ВЕНИАМИНОВА по вопросу КАРАУЛОВА:

- "что значит свобода, был ли человек когда свободен, вот я сейчас не чувствую свободу, наша страна считается свободной, а попробуй говорить о свободе, тебе покажут"...

Если показания КАРАУЛОВА рассматривать с формальной стороны, небольшое противоречие их с показаниями свид(етеля) ЛЕБЕДЕВА безусловно есть, но по существу эти показания подтверждают полностью показания свидетеля ЛЕБЕДЕВА, так как изложено заявление ВЕНИАМИНОВА, хотя и другими словами, а по существу одно и то же.

Судебное заседание совершенно не приняло во внимание неоднократное показание КАРАУЛОВА на предварительном следствии и то, что подлинное заявление обв(иняемого) ВЕНИАМИНОВА по вопросу Конституции у него в памяти не сохранилось, между тем, что это было, он, КАРАУЛОВ, подтвердил и на судебном заседании.

Исходя из вышеизложенного и принимая во внимание, что очные ставки свид(етелей) ЛЕБЕДЕВА и КАРАУЛОВА с обв(иняемым) ВЕНИАМИНОВЫМ проведены, становится непонятным определение судебного заседания о перепроверке показаний КАРАУЛОВА и ЛЕБЕДЕВА путем вторичных их очных ставок с обв(иняемым) ВЕНИАМИНОВЫМ. Очные ставки, безусловно, ничего нового не внесут, между тем, запутать это дело они могут, т.к. обв(иняемый) ВЕНИАМИНОВ находится на свободе и сговор исключением не может быть.

Также совершенно непонятным является и то положение, что суд(ебное) заседание не приняло во внимание показание обв(иняемого) ВЕНИАМИНОВА на предварительном следствии и показание, данное им на судебном заседании, между тем, это, нам кажется, заслуживает серьезного внимания.

19  декабря 1936 г. народному следователю Арзамасского района СУРОДИНУ (обв(иняемый) ВЕНИАМИНОВ по существу показаний свид(етелей) ЛЕБЕДЕВА и КАРАУЛОВА показал

- "будучи расстроенным, в конторе артели «Меховщик» в присутствии КАРАУЛОВА и ЛЕБЕДЕВА  высказался по отношению свободы, что ее не было и не будет. Что касается другой стороны разговора по вопросу свободы слова: "а попробуйте что-либо сказать, так вам покажут, и что народ добивался свободы и добивается, но ее не было и не будет", точно это подтвердить не могу, не помню" (л.д. 59).

Надо при этом учесть, что разговор происходил на тему новой Конституции.

О чем говорит это признание? Это показание свидетельствует, что показания свид(етелей) ЛЕБЕДЕВА и КАРАУЛОВА правильны, и никаких оснований сомневаться в их правильности нет, а отсюда и перепроверка их, тем более, путем очных ставок с обв(иняемым) ВЕНИАМИНОВЫМ, как рекомендует судебное заседание, совершенно абсурдно.

На судебном заседании обв(иняемый)  ВЕНИАМИНОВ о своих показаниях по вопросу конституции, данных на предварительном следствии, умолчал,  а судебное заседание не обратило внимание на это.

Из протокола судебного заседания нам известна другая сторона дела, а именно:  попытки дискредитировать Особое Совещание НКВД в связи с его осуждением в 1930 г. на 3 г. в ссылку, дискредитация следствия при аресте его в 1934 году и в 1936 г. попытки доказать безвредность врагов сов. власти, агитация на судебном заседании о гонении на таких "честных" людей, как ВЕНИАМИНОВ, который страдал за правое дело и т.д., и т.п.

Спрашивается, почему судебное заседание предоставило судебную трибуну обв(иняемому) ВЕНИАМИНОВУ для дискредитации органов сов. власти? Ведь это не  относится к существу разбираемого дела?

И последний вопрос о допросе новых свидетелей, присутствующих при а/с высказываниях обв(иняемого) ВЕНИАМИНОВА по вопросу введения званий в РККА.

Предъявленное обв(иняемому)  ВЕНИАМИНОВУ обвинение в этом преступлении доказано показаниями свид(етелей) ЛЕБЕДЕВА, КАРАУЛОВА и ШАРОВА, как на неоднократных допросах и передопросах их, на очных ставках с обвиняемым, так и на судебном заседании.

Необходимости допроса новых свидетелей по этому факту абсолютно нет, тем более, что свид(етель) ЛЕБЕДЕВ, который назвал лиц, находящихся в конторе во время этого разговора: БЕЛЬСКИЙ, ТИМОФЕЕВ и ГЕЙНЕ, заявил, что они этот разговор, возможно, не слышали.

На основании изложенного, принимая во внимание, что преступная деятельность обв(иняемого) ВЕНИАМИНОВА вполне доказана, просим решение судебного заседания выездной сессии Спец. Коллегии Облсуда от 26-го января 1937  г.  о п р о т е с т о в а т ь для передачи дела новое рассмотрение.

 

НАЧ. 4 ОТДЕЛА УГБ УНВД ГО,

КАПИТАН ГОС. БЕЗОПАСНОСТИ                                                            (МАРТЫНОВ)

НАЧ. 1 ОТД. 4 ОТДЕЛА УГБ

ЛЕЙТЕНАНТ ГОС. БЕЗОПАСНОСТИ                                                         (ЧУГУНОВ).

 

(Лл. 89, 89 об.,  90).