June 17th, 2011

Вся жизнь в страхе

Сколько же в своей жизни мне пришлось написать автобиографий и заполнить анкет? В советское время, конечно, воспринималось это как неизбежная необходимость не мной одним.
С автобиографиями было просто: «Я, такой-то, родился… учился… окончил… работал…» С большинством пунктов анкет сложностей тоже не возникало: «Под судом и следствием не был. Не сидел. Не привлекался. Не состоял. Не участвовал» ни в гражданской, ни в Великой Отечественной. Не смейтесь! Стандартные анкеты предлагали заполнять и седовласым ветеранам, и желторотым юнцам. Анкетеры интересовались и ближайшими родственниками жены. Пока был холост – ставил прочерки. После того как женился, с гордостью выводил: «Тесть, Салимов Ахат Галимович, воевал, дважды ранен, награжден орденами и медалями такими-то. Теща, Салимова Екатерина Егоровна, мать-героиня.»
Но некоторые пунктики анкет настораживали. «Находился ли сам, находились ли близкие родственники в плену, на оккупированной территории?» Знал, что мама «находилась», но из какой-то неясной предосторожности предварял этот глагол охранительной частицей «не». И всякий раз думал: а что, собственно, плохого в том, что мама находилась на оккупированной территории? Чуть ли не половина мирного населения оказалась в таком же положении. Кстати, до сих пор не понимаю, как Юрию Алексеевичу Гагарину его оккупационное детство не помешало стать первым космонавтом планеты.Collapse )

Багреевка (фото)