January 18th, 2010

Н.Шевцова. Репрессии против греков Крыма накануне и в годы ВОВ

На фоне обильной и разноплановой литературы о репрессиях советского режима против крымских татар, частично немцев Крыма, исследования по истории греков, болгар, поляков, евреев, крымчаков, армян, связанных с репрессиями против этих этнических групп, фактически отсутствуют.

Частично устранить проблемы стало возможным благодаря работе по выполнению общеукраинской программы "Реабилитированные историей". Накопленный большой фактический материал, его анализ и обобщение позволили впервые рассмотреть особенности осуществления репрессивной политики против греков Крыма во второй половине 30 – первой половине 40-х годов ХХ столетия. Collapse )

Погорельщина.Коллективизация глазами детей

Александра Константиновна Голубева, деревня Монастырское Костромской губернии

Я родилась в центре русской земли, в Костромской губернии. Ближайшим городом, в семнадцати километрах от нас, был Галич. К моменту, когда я стала что-то помнить, монастыря действующего уже не было: стояла очень красивая церковь старой постройки и здание приходской школы, где я и училась. Наша деревня, в свое время приписанная к монастырю, была зажиточная.Collapse )

И.Кузнецов.Кулацкий хлеб (Детские впечатления)

11 апреля 2006 года мне исполнилось 80 лет. В молодости мы не замечаем быстротечности жизни: впереди еще длинная дорога со всеми ее ухабами и препятствиями, подъемами и падениями. И только сейчас, у финиша, чувствуешь, как быстро уходят годы. Я не претендую на роль историка-мемуариста, но по возможности постараюсь правдиво и объективно показать свою жизнь и жизнь нашей семьи в условиях социалистической системы — системы, просуществовавшей 73 года с 1917-го по 1990-й.Collapse )

Идеальные солдаты

Интересный материал об участии белоэмигрантов и красных в военных конфликтах в период между двумя мировыми войнами.
_______________________

Красные и белые вне отчизны

Последствием грандиозных катастроф Первой мировой войны и Гражданской войны в России стал феномен русской эмиграции, которая повлияла на судьбу многих стран, ее принявших. В эмиграции оказалось огромное количество военных, причем имевших огромный боевой опыт. И часть из них стала искать за границей применения своим способностям по специальности.Collapse )

В девятом круге.Ужасы чрезвычаек

Бунин, Мельгунов — да мало ли их, летописцев красного террора? Но интересны и свидетельства тех, кто вынужден был писать, скрывая свое имя, и не рассчитывал на особое внимание историков.

«Ужасы чрезвычаек» — хлипкая и теперь потрепанная книжица 1919 года. На обложке — аллегорический скелет с фонарем вместо косы. Так не издают исторические сочинения. Широко известных топонимов, громких имен видных чекистских начальников первого призыва здесь тоже не обнаруживается. Да и автор — аноним. Вместо имени прозвище — некто «Олень». Кто он? Возможно, простой обыватель. Но, судя по детализации некоторых описаний, бывший младший военный чин. Не исключено, что в момент описываемых событий он был как-то связан с Белым подпольем или Добровольческой армией («это было уже в то время, когда добровольцы приближались к Харькову»). Отсюда, вероятно, и попытка установить точное число жертв и описать внутренний механизм террора, проводимого ЧК в Харькове и Царицыне. Разумеется, заметки этого человека пристрастны и о самом писавшем говорят не меньше, чем о его персонажах. Но такие воспоминания беспристрастными быть не могут.

Красный террор начался в 1918 году как ответ на «белый террор» и почитался его творцами подобием якобинского трибунала. Вначале он назывался «законной революционностью», то есть самозащитой новой власти от остатков старой. Однако практика террора очень быстро вышла за пределы условной «необходимой самообороны» и стала тотальной.

Записки дают возможность поразмыслить, чем было все происходившее в это время. Результатом продуманной политики самозащиты революционного правительства? Попыткой искусственного преобразования непролетарских и негородских слоев? Или просто неуправляемой стихией местечкового чекистского произвола?

Печатается по книге: Ужасы чрезвычаек. Большевистский застенок в Харькове и Царицыне. Ростов-на-Дону, 1919.
Collapse )

И.Манухин.«Моя деятельность помощи заключенным во время революции» ч.1

Воспоминания о 1917—18 г.г.



Доктор Иван Иванович Манухин (1882—1958), спасительным ангелом проходящий по страницам дневника Зинаиды Гиппиус, не входит в число общепризнанных героев революционной истории. Но именно он, замечательный русский врач, в 1913-м излечивший от туберкулеза Горького, а в эмиграции работавший в Пастеровском институте, оказался на всем протяжении 1917 года незаменимым. Манухин, пока мог, вытаскивал из тюрьмы всех, кого заключали туда Февраль и Октябрь, помогал и хлопотал, когда казалось, что «революционное правосознание» уже сделало всякие старания бесполезными. Его малоизвестные мемуары, посвященные удачным и неудачным попыткам освобождения титулованных арестантов — драгоценное свидетельство о том, каким страшным бывает запоздалое революционное мщение. О том, как нелепо и подло искать «во всем виноватых» в годы всеобщего краха — и как удается спасти человека в моменты, когда страну спасать уже слишком поздно.
Текст печатается без сокращений по изданию: «Новый журнал». № 54. Нью-Йорк, 1958.Collapse )

Ссыльные от рождения: три сестры-крымчанки отбывали срок на Соловках

Самым отчетливым воспоминанием о детстве у трех сестер остался голод — застарелый, привычный, не утихающий. Они находили способы хоть ненадолго заглушить его, собирая морские водоросли, которые здесь, на Белом море, называли «тура». Их можно было сварить в котелке и есть эту безвкусную скользкую массу. Еще жевали сосновые иголки, искали и варили ракушки, ходили за ягодами. Случалось, что, когда дети подбирались к особо красивому кусту, увешанному крупными ягодами, их ноги проваливались под тонкий слой земли, пробивая крышки неглубоко зарытых детских и взрослых гробов — безымянные кладбища ссыльнопоселенцев были разбросаны по всему островку.Collapse )

Сианское восстание крестьян. 1930 г.

Вооружённые выступления крестьян на Дальнем Востоке в 30 е годы XX в.ещё мало изучены, хотя вышло несколько работ, посвящённых этой теме1. В исторической литературе приводятся данные о 12 антиколхозных восстанияхс 1 300 участниками в ДВК только в феврале 1930 г.2 Из крупных крестьянских волнений отмечаются в с. Малете Читинского округа (3—12 марта 1930 г.), Ундино Талангуйском районе Забайкалья (июнь 1930 г.), в Зейском районе Амурской области (апрель—сентябрь 1930 г.), в Тернейском районе Приморского края (май — сентябрь 1932 г.)3 Н.А. Шабельникова отмечает, что только на территории Забайкальского округа в конце 20 х — начале 30 х годов их произошло более десяти, причем крупных4.Collapse )