d_v_sokolov (d_v_sokolov) wrote,
d_v_sokolov
d_v_sokolov

Category:

ЛАГЕРНАЯ СИСТЕМА И ПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕПРЕССИИ (1918-1953)

Л.П.Беляков, канд. г.-м. н.

В формировании советской лагерной системы, до 1953 включительно, намечаются четыре этапа: 1918-1922, 1923-1929, 1930-1940, 1941-1953. Эти этапы в целом совпадают с основными периодами развития государства: военного коммунизма и гражданской войны, НЭПа и начала индустриализации, построения социализма, войны и послевоенной реконструкции.

Начало формирования лагерной системы относится к апрелю 1918, когда Главное управление мест заключения (ГУМЗ) Наркомюста было преобразовано в Центральный карательный отдел и возникли места заключения при ВЧК, включившие и концлагеря для бывших военнопленных и беженцев периода первой мировой войны. Роль этих лагерей существенно возросла с началом гражданской войны. Создаются и трудовые концлагеря при ЧК и Отделе принудительных работ НКВД. В эти лагеря были направлены и осужденные по делу «Петроградской боевой организации В.Н.Таганцева» (см. статью в книге). К концу 1922 в подчинении ГУМЗ НКВД уже функционировало несколько разновидностей лагерей: лагеря особого назначения, общего типа, для военнопленных, производственные и временные полевые лагеря.

В ведении ГНУ НКВД находилось несколько тюрем, называвшихся политизоляторами, и Управление северных лагерей — знаменитые Соловки. В сознании советских людей слово «Соловки» ассоциируется прежде всего со словом «лагерь», а не с группой островов в Онежском море. В 1922 г. Соловецкий архипелаг вместе со всеми находящимися там монастырями был передан в распоряжение ГНУ [1]. Здесь был создан лагерь, официальное название которого до 1925 г. — Северные лагеря особого назначения [1], или Соловецкий лагерь принудительных работ особого назначения (СЛОН) [2]. Вдохновителем и разработчиком идеи подобного лагеря был Глеб Бокий [З]. Предполагалось создать на изолированных от мира островках концентрационный лагерь для интеллигенции, без каторжного труда. Но за два-три года политизолятор для эсеров, анархистов, эсдеков, бывших белых и царских офицеров превратился в концлагерь для уголовников и политических заключенных, где утверждалась идея принудительного труда и уничтожения людей [4].

К 1929 на Соловках действуют уже десятки промышленных производств, на материке одно за другим возникают новые лаготделения, лагпункты, лесные командировки и подкомандировки. Если в 1923 на Соловках находилось около 4 тыс. заключенных, то в 1927 — уже более 20 тыс., а в начале 30-х годов система Соловецкого лагеря (вместе с отделениями на материке) вмещала более 65 тыс. заключенных, из которых уголовников-рецидивистов было не более 20% [1]. 16 ноября 1931 на базе Соловецкого лагеря был создан Беломорско-Балтийский ИТЛ, численность которого в 1932 составляла 126 тыс. чел. [4]. На Соловках, так же как, вероятно, и в других лагерях, по присылаемым спискам расстреливали меньшевиков, эсеров, троцкистов, правых и т.д. Один из первых массовых расстрелов (300 чел.) произошел в октябре 1929. В лагере была очень высокая смертность из-за непосильного физического труда, недостаточного питания и плохого медицинского обслуживания, а также из-за систематической неподготовленности лагеря к зиме, когда из-за ледостава задерживались поставки продовольствия с материка. Иногда за зиму погибала треть лагерников. Гибли также от избиений и эпидемий. В 1929 почти 20 тыс. умерло от тифа [2]. В разные периоды существования лагеря, начиная с 1924, в числе заключенных в нем находилось несколько десятков человек, профессионально связанных с геологией. Чудовищным эпизодом истории Соловков был массовый расстрел 27 октября-2 ноября 1937 под Медвежьегорском по приговору особой тройки УНКВД более тысячи (1111 чел.) заключенных, среди которых были и геологи.

С образованием ОГПУ (июль 1923) в его ведение перешли все места заключения, в том числе и политизоляторы (Верхнеуральский, Суздальский, Тобольский, Челябинский и Ярославский), подчинявшиеся тюремному отделу ОГПУ. Для увеличения рентабельности мест заключения ВСНХ РСФСР принял постановление от 19 декабря 1926 «Об использовании на лесозаготовках труда заключенных». К 1929 заключенные становятся основными заготовителями леса, продажа которого была существенным источником валютных поступлений. В 1929 появляется и распоряжение об использовании заключенных для «колонизации отдельных районов и эксплуатации их природных богатств». В конце 1929-начале 1930 в системе ОГПУ создаются крупные ИТЛ: Дальневосточный, Сибирский, Казахстанский, Среднеазиатский, позднее (1931) — Ухтпечлаг (развитие Ухтинского нефтеносного и Печорского угленосного районов), Свирский и Темниковский ИТЛ, Белбалтлаг (строительство ББК). В задачу крупных лагерей ОГПУ входили «эксплуатация природных богатств путем применения труда лишенных свободы» людей и их «закрепление» в этих районах после освобождения.

Одним из главных направлений «деятельности» ОГПУ с конца 20-х годов становится борьба с «экономической контрреволюцией», «вредителями» и «шпионами» в среде старых (дореволюционных) специалистов. Характерными для этого периода являются известное «шахтинское дело» 1928 и «дело Геолкома» 1928-1929 (см. статьи в книге), за которыми последовали «дело о вредительстве в золото-платиновой промышленности» 1930, «дело о вредительстве в нефтяной промышленности» 1930-1931, «дело о вредительской и шпионской деятельности контрреволюционных групп в геологоразведочной промышленности» 1932 г. и многие другие.

Управление лагерями, организованное 25 апреля 1930 и получившее менее чем через год статус Главного управления (ГУЛАГ), контролировало не только лагеря. В ведении ГУЛАГа находились также все спецпереселенцы и ссыльные. С началом кампании борьбы с «вредителями» ГУЛАГ получил возможность пользоваться подневольным трудом и специалистов горно-геологического профиля. Стали создаваться соответствующие экспедиции ОГПУ: в 1929 Ухтинская [б], в 1930 Вайгачская [7]. В 1930 были организованы и так называемые «шарашки» (в том числе геологические) — «особые места заключения», полутюрьмы-полуинституты, где осужденные на различные сроки представители научно-технической интеллигенции проводили технические или научно-исследовательские работы по заданию «органов». Задача создания таких мест заключения была сформулирована в циркуляре ОГПУ от 15 мая 1930 «Об использовании на производстве специалистов, осужденных за вредительство». Так в 1930 была организована одна из первых геологических «шарашек»— 0ГБ (Особое геологическое бюро) в Мурманске, где трудились заключенные М.Н.Джаксон, С.В.Константов, В.К.Котульский, С.Ф.Малявкин, А.Ю.Серк, П.Н.Чирвинский. В конце 40-х годов функционировали «шарашки» дальстроевская (Северная комплексная тематическая экспедиция № 8) и красноярская (ОТБ-1 «Енисейстроя», см. статью). В разные годы заключенные геологи работали (не по специальности) и в научно-технических «шарашках», — особых технических бюро ОГПУ и его «наследников» (М.М.Ермолаев, Д.И.Мусатов, С.М.Шейнманн).

В феврале 1930 появилось постановление ЦИК и СНК СССР по раскулачиванию. Поздней осенью 1930 было объявлено о раскрытии работниками ОГПУ новой массовой «вредительско-шпионской организации», в которую входили старые (с дореволюционным стажем) технические специалисты и ученые. С 25 ноября по 7 декабря 1930 в Москве в Доме Союзов специальное присутствие ВС СССР под председательством Вышинского при государственном обвинителе прокуроре РСФСР Крыленко рассмотрело дело о преступной деятельности так называемой «промышленной партии». В обвинительном заключении утверждалось, что за последние два года преступная деятельность «промпартии» выразилась в усилении вредительства в народном хозяйстве, особенно в планировании снабжения топливом, металлом, энергией, текстилем, и в шпионаже по экономике и обороне в пользу Франции. «Промпартия», созданная на базе некоего «Союза инженерных организаций», существовавшего с 1925, ориентировалась на необходимость «вооруженного свержения советской власти и насильственного восстановления капиталистического порядка». В предполагаемом новом правительстве пост премьер-министра должен был занять горный инженер П.И.Пальчинский [8]. «Дело промпартии» по своему содержанию (политической направленности, составу фигурировавших во время следствия обвиняемых) «увязывало» в одну систему дела о «вредительстве» и «Академии наук» 1930-1931 (см. статью).

С 1931 ГУЛАГ из поставщика рабочей силы превращается в производителя работ. В 1931 был создан Дальстрой — Главное управление строительства Дальнего Севера. В подчинении Дальстроя находился организованный в апреле 1932 Северо-Восточный ИТЛ (формально — в ведении полномочного представителя ОГПУ по Дальневосточному краю). Лагерная система Дальстроя постоянно расширялась, число лагерей достигло 26. Непосредственное руководство лагерями осуществлял начальник Дальстроя. Начальники производственных горнопромышленных управлений (по добыче золота, олова, урана, угля и других полезных ископаемых) и управления по дорожному строительству стали начальниками соответствующих лагерей. Количество заключенных в Дальстрое к 1 января 1953 составило 175 тыс. человек [1]. Численность всего «пенитенциарного населения» Дальстроя могла достигать 2-3 млн человек [2]. Через лагеря и тюрьмы Колымы в разные годы прошли десятки репрессированных геологов.

Осенью 1932 для строительства канала Москва-Волга создается Дмитровский ИТЛ, для строительства ж. д. на Востоке — Байкало-Амурский ИТЛ. Единственным объектом, деятельность которого широко освещалась и пропагандировалась в качестве яркого свидетельства торжества политики «перековки» «врагов пролетариата» в сознательных тружеников, был Белбалтлаг. Строительство заключенными Беломорско-Балтий-ского канала имени Сталина, нелегкий труд чекистов нашли отражение в кинофильмах и пьесах, а также в известной книге [9].

Между тем, смертность заключенных возросла: с 4.8% в 1932 до 15% в 1933. На 1 января 1934 в ведении ГУЛАГа находилось 14 ИТЛ, а количество заключенных составляло 510 тыс. человек. Кроме лагерей ГУЛАГа, существовали исправительно-трудовые учреждения (ИТУ), подчиненные Главному управлению ИТУ Наркомюста РСФСР. В конце 1934, когда ИТУ были переданы в ведение ГУЛАГа, в них находилось около 400 тыс. заключенных.

К борьбе с партийной оппозицией, начавшейся в 1927, примыкала акция в 1935 очистки Ленинграда от СОЭ, — «бывших» (см. статью в книге). В 1936-1937 в Москве прошли беспрецедентные по цинизму и жестокости процессы над «троцкистско-бухаринскими извергами»: дела Зиновьева, Каменева и др., Пятакова, Радека и др., Тухачевского, Якира и др., Бухарина, Рыкова и др. В это страшное время прошли массовые аресты ученых, — геофизиков, геологов, астрономов, математиков, «объединенных» НКВД в «фашистскую троцкистско-зиновьевскую террористическую организацию» (см. статью в книге).

Аресты ученых-геологов прошли и непосредственно перед открытием в Москве XVII сессии Международного геологического конгресса. С мая по июль 1937 были арестованы намечаемые участники сессии А.Я.Микей, Г.Н.Фредерике, Д.И.Мушкетов, М.Н.Пухтинский. Фредерикс только что вернулся из лагеря и еще не приступил к работе. Предполагалось, что он станет одним из руководителей Пермской экскурсии. Тогда же был арестован известный партийный деятель, начальник Уральского ГУ Б.В.Дидковский. Он, так же как и Мушкетов, принимал активное участие в организации конгресса. Дидковский, Мушкетов и Фредерикс были расстреляны в феврале 1938.

Пропагандистское значение конгресса было настолько велико, что в число его участников были включены геологи, вернувшиеся из лагерей и ссылок: К.Н.Вендланд, Д.И.Выдрин, И.И.Гинзбург, П.А.Двойченко, М.О.Клер, А.И.Козлов, А.Н.Криштофович, Б.А.Линденер, Н.Ф.Погребов, И.В.Попов, А.М.Фокин. На конгрессе присутствовали и находившиеся в ссылке С.И.Ильин, И.Т.Линдтроп, Б.Ф.Мефферт, В.Г.Хименков. Известно, что некоторые крупные ученые (В.К.Котульский, Н.Н.Тихонович), находившиеся в заключении, также появились на заседаниях конгресса в сопровождении собственного «секретаря» в штатском. Были даже опубликованы тезисы их докладов. Аналогичный эпизод произошел с М.М.Ермолаевым, заключенным Севжелдорлага: в сопровождении сотрудника НКВД в 1942 или 1943 он присутствовал в Москве на международном симпозиуме по строительству на многолетнемерзлых грунтах.

В августе 1937 в стране начались массовые репрессии. Создавались новые лесозаготовительные лагеря (в августе 1937 — семь, в начале 1938 — шесть), было организовано еще 9 лагерей для строительства промышленных объектов. К апрелю 1938 количество заключенных в лагерях и тюрьмах ГУЛАГа превысило 2 млн человек. На конец 1939 число ИТЛ достигло 58. В 1940 были организованы Управления НКВД по ж.-д. и гидротехническому строительству. К концу 1940 в ведении НКВД находилось 70 лагерей.

С началом войны количество действующих строительных объектов ГУЛАГа значительно сократилось, было мобилизовано в армию большое количество заключенных (в 1941 — 420 тыс. человек). Одновременно в лагерях резко увеличилась рабочая нагрузка, ухудшились условия содержания, возросла смертность. В 1942 в лагерях, отдельных лагпунктах и колониях цифра умерших достигла 25% среднегодовой численности. В 1941 ГУЛАГ пополняется и «трудмобилизованными» советскими гражданами, преимущественно немцами. Сведенные в рабочие колонны «трудармейцы» не считались заключенными, но жили в тех же лагерях на казарменном положении и были заняты на тех же работах, что и заключенные. В годы войны в «трудармию» было мобилизовано более 400 тыс. человек.

19 апреля 1943 была введена публичная казнь через повешение и ссылка в каторжные работы на срок от 15 до 20 лет. Были созданы специальные лагерные отделения и ИТЛ. В 1944-1945 в лагерях оказалось огромное количество «спецконтингента», — военнопленных, интернированных, мобилизованных в трудовые батальоны, проходящих спецпроверку (фильтраци-онные лагеря). Положение «спецконтингента» мало отличалось от положения заключенных. В течение 1945 и зимы 1946 только в рабочие батальоны было направлено более 600 тыс. репатриантов и около 150 тыс. интернированных немцев. Неласково обошлась Родина с гражданами, бывшими в оккупации, угнанными в фашистскую неволю «остарбайтерами». Бывшие военнопленные в большинстве своем после спецпроверки оказались в лагерях и ссылке, многие были расстреляны (см. статью в книге).

После войны количество лагерей снова стало возрастать и достигло 79 (конец 1948). Всплеск репрессий пришелся на 1948-1949: борьба с «космополитами», «ленинградское дело», «красноярское дело» геологов (см. статью в книге). Несколько геологов (Е.Лаптева, И.А.Михеев и др.), работавших на изысканиях во время строительства Куйбышевской ГЭС, было осуждено в 1949 и по «куйбышевскому делу». Им инкриминировали умышленное вредительство: перенесение оси створа плотины на участок с худшими инженерно-геологическими условиями (устное сообщение С.Д.Нездюрова). В 1949-1950 в лагерях, колониях и тюрьмах находилось уже 2 млн 800 тыс. человек. 21 августа 1948 постановлением Совмина СССР были созданы Особые лагеря и тюрьмы для содержания всех осужденных за «шпионаж, диверсии, террор», а также оставшихся троцкистов, меньшевиков, эсеров, анархистов, националистов, белоэмигрантов. На 1 февраля 1953 в Особлагах содержалось 234 тыс. заключенных.

В послевоенные годы разворачивается строительство железных дорог, горно-металлургических предприятий, гидростанций, каналов. К 1949 число ИТЛ достигает 90, на долю МВД приходится более 10% валовой промышленной продукции страны. На начало 1953 в подчинении МВД находилось 16 производственных главков и управлений, включая ГУЛАГ', а количество лагерей достигло 166. Со смертью Сталина «великие стройки» были прекращены. По амнистии 27 марта 1953 были освобождены все осужденные на срок до 5 лет. Численность заключенных в лагерях резко сократилась: с 2472247 чел. (на 1 января 1953) до 1 044420 (на 1 июля 1953). К концу 1953 количество лагерей уменьшилось до 68. Резко сократилось и количество главков и управлений, подчиненных органам госбезопасности.



Список литературы

1. Росси Ж. Справочник по ГУЛАГу. М., Просвет, 1991, ч. 2.

2. Справочник. Система ИТЛ в СССР. 1923-1960. М., Звенья, 1998. 600 с.

3. Разгон Л. Плен в своем отечестве. М., Книжный сад, 1994. 426 с.

4. Их называли «КР». Репрессии в Карелии в 20-30-х годах. Петрозаводск, 1992.

5. Резникова И.А. (сост.). Мемориальное кладбище «Сандормох». 1937, 27 октября-4 ноября: Соловецкий этап. СПб., 1997.

6. Маркова Е.В., Волков В.А., Родный А.Н., Ясный В.К. Ученые-узники Печорских лагерей ГУЛАГа. — Новая и новейшая история, 1998, № 1.

7. Мишин В.А. Вайгачская экспедиция ОГПУ (1930-1935 гг.). — В кн.: Проблемы истории репрессивной политики на Европейском Севере России (1917-1956). Сыктывкар, 1993.

8. Процесс «Промпартии» (25 ноября-7 декабря 1930 г.). Стенограмма судебного процесса и материалы, приобщенные к делу. — М., 1931.

9. Беломорско-Балтийский канал имени Сталина. История строительства. Под редакцией М.Горького, Л.Авербаха, С.Фирина. Л., 1934.

Источник: Л.П.Беляков. Лагерная система и политические репрессии (1918-1953) //
Репрессированные геологи. М.-СПб.: ВСЕГЕИ, 1999, с.385-391.

http://www.ihst.ru/projects/sohist/repress/bel99rg.htm
Tags: ГУЛАГ, большевики, политические репрессии
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments