d_v_sokolov (d_v_sokolov) wrote,
d_v_sokolov
d_v_sokolov

Category:

Триумф окаянных дней

Полезно все-таки просматривать журнальные старости. Недавно обнаружил на даче кипу различных журналов 1980-1990-х гг., которые по счастливой случайности не были пущены на растопку. В результате познакомился с массой интересного материала, кое-что скопировал, а кое-что взял себе.
Среди последнего - 10-й номер журнала "Юность" за 1990-й г. Номер юбилейный, посвящен 70-летию "окончания" Гражданской войны. На 99% состоит из воспоминаний современников, редких фотографий тех лет, и аналитики образца 1990 г. 
В ближайшее время буду выборочно публиковать здесь материалы оттуда. А начну с вступительного очерка, который в действительности является никаким не очерком, а подборкой разных цитат.
____
ТРИУМФ ОКАЯННЫХ ДНЕЙ

(диалог в цитатах)


«Из всех видов пуганы — пуганье гражданской войной самое, пожалуй, распространенное...»
(В. И. Ленин. Русская революция и гражданская война, 1917 г.)

«Не говорите, что революции имеет свои законы. Были, конечно, взрывы страстей революционной толпы, обагряв­шей улицы кровью даже в XIX столетии. Но это были вспышки стихийной, а не систематизированной ярости. И они надолго оставались (как расстрел заложников комму­нарами) кровавыми маяками, вызывавшими не только лице­мерное негодование версальцев, которые далеко превзошли в жестокости коммунаров, но и самих рабочих и их друзей... Надолго это кидало омрачающую и заглушающую тень и на самое социалистическое движение».
(В, Короленко. Письма к Луначарскому. 1920 г.)

«...Наше время — время крушения государства, полного развала жизни, ее обнаженного цинизма, проявления вели­чайших преступлений жестокости, время, когда пытка полу­чила свое этическое обоснование, а величайшие преступле­ния, вроде Варфоломеевской ночи, выставлялись как идеал, время обнищания, голодания, продажности, варварства и спекуляции — есть вместе с тем и время самого искрениего, полного и коренного подъема духа».
(В.Вернадский. Организация народного образования в новой России, 7 ноября 1920 г.)

«Некоторые члены вашей делегации с удивлением спраши­вали меня о красном терроре, об отсутствии свободы печати в России, свободы собраний, о преследовании нами меньше­виков и меньшевистских рабочих и т. д. ...Наш красный террор есть защита рабочего класса от эксплуататоров, есть подавление сопротивления эксплуататоров, на сторону кото­рых становятся эсеры, меньшевики, ничтожное число мень­шевистских рабочих. Свобода печати и собраний в буржуаз­ной демократии есть свобода заговора богачей против трудя­щихся, свобода подкупа газет и скупки их капиталистами».
(В. И. Ленин. Письмо к английским рабочим. 30 мая 1920 г.)

«Свободной печати у нас нет, свободы голосования — также. Свободная печать, по-вашему, только буржуазный предрассудок. Между тем отсутствие свободной печати дела­ет вас глухими и слепыми на явления жизни. В ваших официозах царствует внутреннее благополучие в то время, когда люди слепо «бредут врозь» (старое русское выраже­ние) от голоду. Провозглашаются победы коммунизма в украинской деревне в то время, когда сельская Украина кипит ненавистью и гневом и чрезвычайки уже подумывают о расстреле деревенских заложников. В городах начался голод, идет грозная зима, а вы заботитесь только о фальси­фикации мнения пролетариата. Чуть где-нибудь начинает проявляться самостоятельная мысль в среде рабочих, не вполне согласная с направлением вашей политики, коммуни­сты тотчас же принимают свои меры.
...Между тем если есть что-нибудь, где гласность всего важнее, то это именно в вопросах человеческой жизни. Здесь каждый шаг должен быть освещен. Все имеют право знать, кто лишен жизни, если уж это признано необходи­мым, за что именно, по чьему приговору. Это самое мень­шее, что можно требовать от власти».
(В. Короленко. Письма к Луначарскому. 1920 г.)

«Вопреки распространенному мнению, я вовсе не крово­жаден, как думают. До убийства Урицкого в Петрограде не было расстрелов, а после него слишком много и без разбора. Тогда как Москва в ответ на покушение на Ленина ответила лишь расстрелом нескольких царских министров. Я заявляю, что всякая попытка русской буржуазии еще раз поднять голову встретит такой отпор и такую расправу, перед которой побледнеет все».
(Я. Петерс. «Еженедельник ЧК». Ноябрь 1918 г.)


«Ужасом веет от недавно пережитого прошлого.
Люди, путем восстания захватившие власть, проводили новый строй, идеальный строй, как они говорили, вырабо­танный лучшими умами человечества.
Мы прошли крестный путь этого строя.
Основанный на неравенстве людей, он восстановил нам худшее прошлое. В XX веке мы пережили и состояние неполноправных граждан старых времен, и ужасы возро­жденной к жизни инквизиции».

(В, Вернадский. Довольно крови и страданий. 9 сент. 1919 г.)

«Провести с семьями восставших беспощадный красный террор, арестовать в таких семьях всех с 18-летнего возра­ста, не считаясь с полом. Если бандиты выступления будут продолжать, расстреливать их. Села обложить чрезвычай­ными контрибуциями, за неисполнение которых будут кон­фисковываться все земли и имущество».
(Приказ оперштаба Тамбовской ЧК. 1 сентября 1920 г.)

«Победители — обычно великодушны,— может быть, по причине усталости,— пролетариат не великодушен, как это видно... ...в тюрьмы попадают тысячи, да тысячи рабочих

и солдат. Нет, пролетариат не великодушен и не справедлив, а ведь революция должна была утвердить в стране возмож­ную справедливость.
...Уничтожив именем пролетариата старые суды, народ­ные комиссары этим самым укрепили в сознании «улицы» ее право на «самосуды», звериное право с 1908 года. Уличные самосуды стали вседневным, «бытовым явлением».
(М. Горький. Несвоевременные мысли. 1918 г.)

«Эта диктатура предполагает применение беспощадно су­рового, быстрого и решительного насилия для подавления сопротивления эксплуататоров, капиталистов, помещиков, их прихвостней. Кто не понял этого, тот не революционер, того надо убрать с поста вождей или советчиков пролетариа­та».
(В. И. Ленин. Привет венгерским рабочим. 27 мая 1919 г.)

«Какими националистами, патриотами становятся эти ин­тернационалисты, когда это им надобно! И с каким высоко­мерием глумятся оии над «испуганными интеллигентами»,— точно решительно нет никаких причин пугаться,— или над «испуганными обывателями», точно у них есть какие-то великие преимущества перед «обывателями». Да и кто соб­ственно эти обыватели, «благополучные мещане»? И о ком и о чем заботятся, вообще, революционеры, если они так презирают среднего человека и его благополучие?»
(И. Бунин. Окаянные дни. 1919 г.)

«Не ищите в деле обвинительных улик; восстал ли ои против Совета с оружием или на словах. Первым долгом вы должны его спросить, к какому классу он принадлежит, какого он происхождения, какое у него образование и како­ва его профессия. Вот эти вопросы и должны разрешить судьбу обвиняемого».

(М. Лацис. Газета «Красный террор». 1 ноября 1918 г.)

«Новое начальство» столь же грубое, как и старое, только еще менее внешне благовоспитанное. Орут и топают ногами в современных участках, как и прежде орали, и взятки хапают, как прежние чинуши хапали, и людей стадами загоняют в тюрьмы».
(М. Горький. Несвоевременные мысли. 1918 г.)  

"Кучку праведников (имеются в виду революционеры) вся остальная интеллигенция рассматривала как величайших изменников знамени интеллигенции. Это привело к тому, что русская интеллигенция оказалась на стороне врагов революции и рабочего класса... Революция тоже определила свое отношение к интеллигенции. Поскольку дело дошло до гражданской войны, нужно воевать. Это совершенно ясно:  ни один   настоящий   революционер   не   скажет   интеллигенту
так — я   позволю   тебе   стрелять   в   меня;   я   же   в   тебя стрелять не буду».
(А. Луначарский. Интеллигенция в ее прошлом, чстоящем и будущем. 1924 г.)

«Террор, как демонстрация силы и воли рабочего класса, алучит свое историческое оправдание именно в том факте, го пролетариату удалось сломить политическую волю интеллигенции».
(Л. Троцкий. «Известия». 1919 г.)

«Ясно, что дальше так идти не может и стране грозят неслыханные бедствия. Первой жертвой их явится интеллигенция. Потом городские рабочие. Дольше всех будут дер­гаться хорошо устроившиеся коммунисты и Красная Арм­ия».
(В. Короленко. Письма к Луначарскому. 1920 г.)

«В сентябре был день красной расправы, в Холмогорах расстреляно более 2000 человек. Все больше из крестьян казаков с юга. Интеллигентов уже не расстреливают, их мало».
(Газета «Революционная Россия». 1921 г.)

«В университете все в руках семи мальчишек первого второго курсов. Главный комиссар — студент киевского етеринарного института Малич. Разговаривая с профессорами, стучит на них кулаком по столу, кладет ноги на стол, (комиссар высших женских курсов — первокурсник  Кин, который не переносит возражений, тотчас орет: «Не каркайте!» Комиссар политехнического института постоянно с за­ряженным револьвером в руке».
(И. Бунин. Окаянные дни. 1919 г.)
«Юнкера, офицеры старого времени, учителя, студенче-тво и вся учащаяся молодежь — ведь это все в своем громадном большинстве мелкобуржуазный элемент, а они-то  и составляли боевые соединения наших противников, из нее-то и состояли белогвардейские полки».

(М.Лацис. Чрезвычайные комиссии по борьбе : контрреволюцией. 1921 г.)

«Мне пришлось уже говорить при личном свидании с вами о том, какая разница была при занятии Полтавы Красной Армией и добровольцами. Последние более трех дней откро­венно грабили город с «разрешения начальства». Красноар­мейцы заняли Полтаву, как дисциплинированная армия, к грабежи, производимые разными бандитами, тотчас же прекратились. Только впоследствии, когда вы приступили к бессудным расстрелам, реквизициям квартир (постигав­шим нередко и трудовые классы), это впечатление замени­тесь другим чувством. Вы умеете занимать новые местности лучше добровольцев, но удержать их не умеете, как и они,— закончил я тогда. Теперь приезжие из Киева рассказывают, что Красной Армии было предложено перед выступлением в поход «одеться на счет буржуазии». Если это подтвердит­ся, а известие носит все признаки достоверности, то это будет значить, что опасный симптом уже начинается, вы кончаете тем, чем начинали деникинцы. Приезжие говорят, что на этот раз грабеж продолжался более недели, и это, может быть, указывает на начало последнего действия на­шей трагедии».
(В. Короленко. Письма к Луначарскому. 1920 г.)

«И, как всегда, не ограничиваясь внешним натиском, они (страны Согласия.— Ред.) действуют внутри страны путем заговоров, восстаний, попыток бросания бомб и взрыва водопровода в Петрограде, о чем вы читали в газетах, в виде попытки разобрать железнодорожные пути, которая была сделана недалеко от Самары,— это главный железнодорож­ный путь, доставляющий нам сейчас хлеб с востока...
Когда мы берем все это вместе и рассматриваем, для нас ясно, что страны Согласия, что французские империалисты и миллиардеры делают последнюю попытку военным путем раздавить Советскую власть.
И меньшевики, и правые и левые эсеры, которые до сих лор не поняли, что борьба идет к концу, что вопрос стоит о самой отчаянной, беспощадной войне,— они продолжают проповедовать не то забастовку, не то прекращение граждан­ской войны».
(В. И. Ленин. Чрезвычайное заседание пленума московского совета. 3 апреля 1919 г.)

«Колчак с Михаилом Романовым несет водку и погро­мы...» А вот в Николаеве Колчака нет, в Елизаветграде тоже, а меж тем:
«В Николаеве зверский еврейский погром... Елизаветград от темных масс пострадал страшно. Убытки исчисляются миллионами. Магазины, частные квартиры, лавчонки и даже буфетики снесены до основания. Разгромлены советские склады. Много долгих лет понадобится Елизаветграду, что­бы оправиться!»
И дальше:

«Предводитель солдат, восставших в Одессе и ушедших из нее, громит Ананьев,— убитых свыше ста, магазины разгра­блены...»
«В Жмеринке идет еврейский погром, как и был погром в Знаменке...»
Это называется, по Блокам, «народ объят музыкой рево­люции — слушайте музыку революции!»
(И. Бунин. Окаянные дни. 1919 г.)

«Вот здесь Украина, здесь Белоруссия, здесь Молдавия, здесь Крым. А вот это — евреи. Тысяча пятьсот двадцать маленьких флажков, наподобие фишек, проткнули много­численные точки и названия. Местами они сгрудились густой массой. Здесь резня устраивалась много раз.
Я понимаю.
Синие флажки. Во славу Деникина. Я считаю: двести двадцать шесть штук.
Вот другие — желтые флажки. Они возвещают хвалу Петлюре.
— Двести одиннадцать,— говорит Островский.
Для поляков отделено сорок семь флажков. Балахович отмечен тоже сорока семью флажками. Для прочих банди­тов остается девятьсот восемьдесят девять штук.
Девятьсот восемьдесят девять! Но некоторые из них работали за счет Петлюры.
Украина перенесла три четверти этих погромов: тысячу двести девяносто пять, один в один».
(Бернар Лекаш. Когда Израиль умирает. Перевод с фран­цузского. 1928 г.)

«Однако, тон газет стал крепче, наглее. Давно ли писали, что «не дело большевиков распинать Христа, который, буду­чи Спаситель, восстал на богачей?» Теперь уже иные песни. Вот несколько строк из «Одесского Коммуниста»:
«Слюни такого знаменитого волшебника, как Иисус Хри­стос, должны иметь и соответственную волшебную силу. Многие, однако, тем не менее продолжают миндальничать по поводу нравственного смысла его учения, доказывая, что «истины» Христа ни с чем не сравнимы по их нравственной ценности. Но, в сущности говоря, и это совершенно неверно и объясняется только незнанием истории и недостаточной глубиной развития».
(И. Бунин. Окаянные дни. 1919 г.)

«На этом совещании (ГПУ, НКЮ и Ревтрибунала.— Ред.) провести секретное решение съезда о том, что изъятие ценностей, в особенности самых богатых лавр, монастырей и церквей, должно быть произведено с беспощадной реши­тельностью, безусловно ни перед чем не останавливаясь и в самый кратчайший срок. Чем большее число представи­телей реакционной буржуазии и реакционного духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколь­ко десятков лет ни о каком сопротивлении они не смели и думать».
(В. И. Ленин. Секретное письмо т. Молотову для членов Политбюро ЦК РКП(б) от 19 марта 1922 года)

«Вы выкинули самые максималистские лозунги, вы воюете во имя социализма, вы побеждаете его именем на. полях сражения, но вся эта суета во имя коммунизма нисколько не знаменует его победы».
(В. Короленко. Письма к Луначарскому. 1920 г.)

«...Гражданская война была сплошным триумфом Совет­ской власти...»

(В. И. Ленин. Доклад на IV Чрезвычайном Всероссийском съезде Советов. 14 марта 1918 г.)

Публикацию подготовили Е. АТЯКИНА и И. ХУРГИНА


Опубликовано: Юность,№10,1990. - с.2-3
Tags: Красный террор, большевики
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments