d_v_sokolov (d_v_sokolov) wrote,
d_v_sokolov
d_v_sokolov

Category:

Трагедия одесской интеллигенции

(Одесса 20- 50-х годов XX ст.)

(по архивам КГБ)

В годы перестройки, особенно в 1988- 1990 годах, о советских репрессиях много и бессистемно писали... Потом общество устало и постепенно потеряло всякий интерес к сталинским и ленинским преступлениям, да и к истории вообще. Ужасная действительность, с ее Карабахами, Приднестровьями, путчами, кризисами, дефолтами оказалась интереснее и страшнее. Публицисты сняли пенки и переключились на бульварные материалы. О страшной трагедии народов бывшего СССР, о трагедии интеллигенции стали забывать, а новые коммунисты все чаще выходят на митинги с портретами преступника XX века - "вождя народов". Но страшное кровопускание, жертвоприношение и духовное опустошение времени террора нельзя забывать во имя нашей жизни, во имя будущего.Сегодня мы начинаем серию статей о репрессированных одесситах-интеллигентах, одесситах, что составляли гордость нашего города в первой половине уходящего кровавого века. Артисты и медики, врачи и преподаватели, ученые и музыканты, писатели и инженеры по-своему пережили годы террора. Кто-то был репрессирован, кто-то арестован и освобожден, кто-то вовсе остался невредимым и преуспел, кто-то донес на своего коллегу и таким образом выжил...Все они "дети стального времени", все они стали жертвами этого времени. Террор сковал весь советский народ, устрашая своими масштабами и непредсказуемостью.

Красный террор не щадил ни одну национальность - украинцы и немцы, русские и евреи, поляки и греки заканчивали свою жизнь у одной расстрельной стены. Террор покалечил несколько поколений, изуродовал психику, принял как ритуальную жертву смелых, честных, лучших, умнейших...
Необходимо определиться с формулировкой "репрессированный". ПО Г. Малиновой, это человек, "что был подвергнут аресту на основе антигуманных, с точки зрения современного уровня развития права, оснований и какое-то время находился в местах лишения свободы, физически пострадал от политики тоталитарного режима; был подвергнут депортации". Но сюда же необходимо добавить и "...кто испытал идеологическое и моральное насилие".

* * *

Еще с 1918 года началась охота на интеллигента, которого, с подачи Ленина, называли не иначе как гнилым, мелкобуржуазным. Причем сам классик большевистской революции не стеснялся и более резких эпитетов. Террор был им задуман, в первую очередь, против интеллигенции - разума и совести нации, против людей критически мыслящих, способных увидеть губительные последствия Октября.
Январь 18-го начался с разгрома большевиками Учредительного собрания и с убийства его депутатов-интеллигентов. Расправа над ними в Петербурге стократно отозвалась кровавой вакханалией в провинции, где нравы были попроще и порядку было поменьше. В середине января 18-го года в Одессе победила большевистская революция. К власти пришли озлобленные бывшие заключенные, люмпены, мелкие лавочники. Они уже мстили не только за то, что они нуждались при царском режиме, но и за то, что университетов не кончали и французскому не обучались.
В Одессе начала 18-го террор носил еще стихийный и массовый характер. Лозунги большевиков об экспроприации экспроприаторов и уничтожении класса эксплуататоров воспринимался дословно, к тому же большевики не опровергали такую вольную трактовку.
Январь- март 18-го в Одессе прошел под знаком массовых грабежей и убийств. Интеллигенцию большевики сразу же окрестили кадетской и относились к ней, как к враждебному классу.
Военная секция Одесского совета, в феврале 18-го года, пугала публику: "...будем вешать и расстреливать всех, кто посмеет задержать дорогу буйному потоку революции". Февраль 18-го памятен варфоломеевскими ночами в причерноморских городах, где главными палачами выступали революционные матросы. Одесса не была исключением. Братишки-матросы начали настоящую охоту за офицерами, буржуями, членами украинских партий, открыто заявляя, что надо вырезать буржуев", пересечь публику пулеметным огнем...
Матросы свозили захваченных интеллигентов на свои суда, что стояли в одесском порту: "Ростислав", "Алмаз", "Прут". Была в моде даже такая песенка: "Ростислав" и "Алмаз" за республику, наш призыв боевой - резать публику!"

Из известных интеллигентов Одессы в эти месяцы были зверски убиты: либеральный генерал Эбелов, персидский консул в Одессе Зайченко, прокуроры Бекадоров и Демьянович, некоторые члены городской Думы и многие, многие другие...

Пленных пытали, стремясь изъять припрятанные ценности, разрывали колесами лебедок, живыми кидали в корабельные топки, топили в море. На месте стоянки этих судов, уже после ухода белогвардейцев, водолазами было обнаружено множество трупов эамученных. Причем к ногам трупов были привязаны тяжелые гири, так что трупы стояли, как живые. В феврале 18-го власть в Одессе перешла красному диктатору, командарму Муравьеву, он начал свою одесскую эпопею с разгона городской Думы и угроз в адрес одесской буржуазии: "С камнем на шее я утоплю вас в воде, а ваши семьи отдам на растерзание!

После бегства красной команды Муравьева из Одессы в апреле 18-го года властью УНР и возрожденной Одесской Думы была даже создана комиссия, расследующая злодеяния большевиков. Находилась комиссия у Сабанеева моста и возглавил ее сенатор Тригубов.
Ужасы одесской чрезвычайки, ревтрибуналов связаны прежде всего с 1919 годом, когда ЧК руководил Стах Реденс (будущий родственник Сталина и будущая жертва Сталина). Красный террор в Одессе был одним из самых ужасных в Украине, причем длиннющие списки расстрелянных постоянно публиковались в местных газетах для устрашения. Новая особая следственная комиссия по расследованию злодеяний большевиков в Одессе создается в сентябре 1919 года. Она вскрывает братские могилы с обезображенными, изувеченными трупами жертв ЧК в Александровском парке и в каменоломнях.
26 одесситов расстреляли по очень туманному обвинению - черносотенец, 16 - как членов Народного союза, в их число входил и университетский профессор. Террор продолжает оставаться классовым, то есть направленным против всех классов, кроме пролетариата, все иные были потенциальными жертвами.
Составители книги "Одесский мартиролог" (Одесса. 1999) указывают, что в Одессе и области за годы ленинско-сталинских репрессий (апрель 1919-го - март 1953-го) было репрессировано около 4 тысяч представителей интеллигенции, из них: писателей, артистов, художников, музыкантов - 202 человека, работников прессы - 48 человек, научных работников - 345 человек, учителей и руководителей школ - 921 человек, инженеров - более 800 человек.
Но эти цифры явно занижены. Практически очень плохо сохранилась документация по репрессиям 1920- 1922 годов, а по 1918-му и по 1919 годам (пик красного террора) она вообще не сохранилась. По нашим данным, за годы ленинско-сталинских репрессий было репрессировано от 10 до 12 тысяч интеллигентов в Одессе и Одесской области.
Так, "Одесский мартиролог" располагал базой данных только на 33012 тысяч репрессированных. На пик террора указывают такие цифры: 1919 год - 15 расстрелов, 1920 год - 278 расстрелов, 1921 год - 48 расстрелов. Ничего себе кровавый красный террор?!
Мы не можем сейчас назвать точную цифру одесситов, уничтоженных красным террором. Но за два месяца 1918 года в Одессе и окрестностях было уничтожено от двух до трех тысяч мирных граждан, 20- 25 процентов из которых были интеллигенты.
В самые страшные четыре месяца красного террора 1919 года в Одессе и окрестностях было уничтожено от 3 до 5 тысяч людей. А о терроре 10 месяцев 1920 года мы нашли архивные данные - расстреляно ЧК только по придуманной статье "бандитизм и контрреволюция" - 1477 человек, за 1921 год расстрелянных оказалось около 600 человек (Одесский обл. архив, р. 107, оп. 1, д. 62).
Всего же расстрелянных одесситов в 1920 году было не менее 4 тысяч, а если прибавить зверства с подавлением крестьян в провинциях, то - не менее 8- 9 тысяч человек. Есть данные, что только за три месяца 1920 года в Одессе и губернии было расстреляно 5 тысяч арестованных по приказу В.Яковлева, который был откомандирован для проведения красного террора в Одесскую ЧК из Наркомата иностранных дел Украины. Этот садист распорядился расстрелять даже своего родного отца-купца, после чего несчастная мать чекиста повесилась. Эмигрантские "Последние новости" за октябрь 21-го года констатируют, что одесское ЧК - едва ли не наиболее зверское.
С февраля 1920-го по ноябрь 1922 года, в самые "черные времена" кровопусканий одесское ЧК возглавят палачи Одессы: Стах Реденс и Макс Дейч. Только по делам белого, петлюровского и польского подполья было расстреляно несколько сот человек. Так, "Одесские известия" в ноябре 20-го указывают на арест одной группы контрреволюционеров в 194 человека (со списком), из которых 100 человек были немедленно расстреляны! Позже Валентин Катаев, который сам (как и его брат Евгений), будучи арестованным, некоторое время ждал расстрела в камере одесского ЧК, опишет его ужасы в великолепных повестях: "Уже написан Вертер" и "Трава забвения". Вспышкой красного террора ознаменовалось и посещение Одессы Феликсом Дзержинским.
Один из организаторов ЧК товарищ Лацис-Судрабс указывал: "ВЧК - самая грязная работа. Это - игра головами. При правильной работе полетят головы контрреволюционеров... Установившиеся обычаи войны, выраженные в разных конвенциях, все это только смешно: вырезать всех раненых в боях против тебя - вот закон гражданской войны".
Высылка цвета интеллигенции практиковалась в Одессе в 1921- 1923 годах. Из Одессы за рубеж и в Сибирь было выслано несколько десятков человек из "реакционной профессуры и интеллигенции". Они считались классово чуждыми элементами. В это время из Одессы был выслан выдающийся ученый-медик С. Бабкин.
С середины 1922 года по ноябрь 1927 года - эпоха временного затухания террора. Он не закончился, а просто стал более избирательным, а поэтому и менее массовым. Но все же брали еще оставшихся на свободе меньшевиков, укапистов, эсеров, бундовцев, сионистов. Чистки, как форма террора, проявляются в изгнании ряда преподавателей и студентов из одесских вузов.
В эти годы была создана уникальная и всеохватывающая машина доносительства и взаимной слежки, в которой были задействованы миллионы добровольных и бесплатных осведомителей. Некоторые из них решали свои шкурные интересы - стремились захватить квартиру у соседа, отбить жену у знакомого или подсидеть своего начальника.
В годы нэпа сложилась атмосфера зависти - неслучайно тогда появилась повесть одессита Ю.Олеши "Зависть". Красочно показал социальные противоречия 20-х годов и А. Толстой в повести "Гадюка".
Прошедшие революцию и гражданскую партийцы-боевики были не довольны нэпманами и интеллигентами, новыми бюрократами и старой профессурой... Они требовали расправы над классово чуждыми и взяточниками - советскими бюрократами. Репрессии стали их знаменем, реваншем, Сталин - лидером. провинциальные карьеристы-партийцы с партийным стажем после 17-года стали бороться не только с враждебными слоями но и со старыми большевиками, с обуржуазившимся партийными бюрократами.
"Уничтожить как бешеных псов!" - с такими лозунгами выходили одесситы в 30-х на официальные вечерние демонстрации, которые походили на фашистские факельные шествия.
С лета 1919 года и по 1936 год в Одессе существует репрессированная категория людей - лишенцев, которых лишают избирательных, политических прав. Это оставшиеся на свободе деятели белогвардейских и украинских правительств и администраций (в большинстве своем интеллигенты), предводители дворянства, лидеры земств, прокуроры, священнослужители, непманы, бывшие политические ссыльные и заключенные советской системы и другие. Так, в Одессе на 1926 год число явных и скрытых лишенцев составило 17 % к числу всего электората.
Новый виток террора в отношении интеллигенции - 1928- 1930 годы. Начался этот этап арестами троцкистской оппозиции в Одессе осенью 1928 года. В 1929 году в связи с началом грандиозного показательного процесса над мнимой "Спiлкой визволення Укра<200>ни" в Одессе начали вылавливать украинских националистов. Учителя Д. Андриевского, как социально-опасного, отправили на три года в Соловецкий концлагерь. В 1930 году по обвинению в "фашизме и национализме" арестовывают академика, историка М. Слабченко, в 1934 году такое же обвинение предъявят перед арестом профессору, археологу М. Болтенко.
В 1931 году арестам подверглись профессора Филатов, Николаи, Балашов, Костямин, Куковеров, Кориман и др. В конце 20-х была арестована большая группа студентов Одесского университета, в числе которых был и студент Виталий Закруткин - будущий известный советский прозаик.
После свертывания политики украинизации и коренизации в начале 30-х годов репрессии стали направляться против представителей национальной интеллигенции в Одессе: украинской, польской, немецкой, греческой, болгарской. Трагедия национальной интеллигенции была связана и с трагедией всего народа - с голодомором 33-го у украинцев, с насильственными депортациями у немцев, поляков, греков, болгар.
Во второй половине 30-х годов были уничтожены культурно-образовательные учреждения украинцев, немцев, греков, болгар. В Одессе был ликвидирован музей "Степной Украины", большинство украинских писателей из Одесского отделения Союза писателей были репрессированы в 1936- 1937 годах: Л. Гомин, Д. Бузько, П. Педа и др. В 1950 году были репрессированы еврейские писатели-одесситы: Х. Вайнерман, Н. Лурье, И. Друкер, А. Губерман.
Более 40 % всех репрессий за годы Советской власти в Одессе было произведено в 1936- 1938 годах.
Мы только можем догадываться о реальной цифре одесситов репрессированных в те страшные годы - 15 тысяч? 150 тысяч? В Одессе 37-го царили общий страх и повсеместная ложь, доносительство и массовый психоз в виде шпиономании. Каждый человек в СССР мог быть арестован. Власть, поставив каждого человека на грань выживания, разжигала самые звериные инстинкты.
В конце 1938-го, после ареста наркома Ежова и его креатуры, заметно снижается накал репрессий в Одессе. Но в 1940- 1941 гг. заметен новый всплеск арестов "шпионов" в связи с присоединением Бессарабии и началом Отечественной войны.
С освобождением Одессы начались новые преследования тех, кто остался в оккупированной Одессе и работал или сотрудничал с оккупантами, тех, кто поневоле стал остарбайтером или попал в плен. Множество людей, выехавших из Одессы в марте 1944 года, вскоре было найдено и арестовано органами "СМЕРШ" в Румынии, Болгарии, Германии, Чехии...
Знаменитое "одесское профессорское дело" 1944 года затянет в небытие цвет науки, людей дореволюционной выучки, профессоров: Б. Варнеке, В. Лазурского, К. Покровского, Н. Соколова, Часовникова и др.
Последний виток массовых арестов в Одессе связан с борьбой против "безродных космополитов" в 1948- 1953 годах. И снова главная мишень репрессий - интеллигенция (творческая, научная, медицинская, учительская): профессора Н. Розенталь, Д. Элькин, С. Боровой и др.
Тогда арестовывали за "преклонение перед Западом", за "восхваление" зарубежной техники и культуры и даже за исполнение зарубежных песен. Недаром один бойкий официальный рифмоплет написал: "Сегодня ты играешь джаз... А завтра Родину продашь!"
Одесса спокойно вздохнула только после смерти Сталина и ареста Берии, когда осознала, что вместе со Сталиным ушла его палаческая эпоха. И хотя отдельные аресты диссидентов имели место в Одессе 1954- 1985 годов (за 30 лет было арестовано за "политику" около 100 человек), люди жили уже в другой эпохе.

В. ФАЙТЕЛЬБЕРГ-БЛАНК, академик;

В. САВЧЕНКО, доцент.
http://porto-fr.odessa.ua/2000/52/x52-40.htm
http://porto-fr.odessa.ua/2001/01/x1-41.htm
http://porto-fr.odessa.ua/2001/02/x2-40.htm


Tags: Красный террор
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments