d_v_sokolov (d_v_sokolov) wrote,
d_v_sokolov
d_v_sokolov

Category:

Репрессии против православных церковнослужителей и старообрядцев в Добрянском районе в 30-х гг. XX в

Калинин М. А., историк, член Союза журналистов России, корреспондент Добрянской городской независимой газеты «Зори ПЛЮС».

Одна из самых массовых карательных операций в нашем крае началась после получения приказа наркома НКВД СССР №00447 от 30 июля 1937 г. «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». В число «других» попало и большое число церковнослужителей. В Добрянском районе известно о репрессировании девяти православных священников и церковных старост.[1] Вот один из характерных допросов 1937 г.

«Вопрос. Вы ежегодно давали сведения о рождаемости и смертности населения. Значит Вы являлись шпионом?

Ответ. Такие сведения я давал благочинным. Шпионом я себя не признаю».

Вопрос. Кем Вы были завербованы в контр-революционную повстанческую группу?

Ответ. В контр-революционную повстанческую группу я никем не вербовался.

Вопрос. Следствию известно, что Вы являлись руководителем контр-революционной повстанческой группы церковников. Расскажите подробно о Вашей контр-революционной деятельности.

Ответ. Никакой контр-революционной работы я никогда не вел и руководителем повстанческой группы я никогда не был. (…)».

Это строки из протокола допроса священника Перемской церкви Добрянского района А.М. Тронина. Он был арестован органами НКВД в сентябре 1937 г. Батюшке, а по версии следствия контрреволюционеру, который «сколачивал вокруг себя антисоветский элемент, проводил с ним тайные собрания, давал своим членам контр-революционные вредительские установки», в то время было 80 лет.

Он был одним из фигурантов полностью фальсифицированного следователями Добрянского райотдела НКВД «Дела церковников». Среди них оказались также второй священник из Перемского Г.Т. Коняев (1889 г.р.) и староста Перемской церкви А.А. Маркова (1872 г.р.). Всего по этому дело прошло 26 человек. Все дело – одна большая фальсификация. Это было признано на дорасследованиях произведенных во второй половине 50-х годов. Все обвиняемые были реабилитированы «за отсутствием в их действиях состава преступления». Только вот кто дожил до той поры? Восемь человек были расстреляны по решению тройки НКВД по Свердловской области от 4 ноября 1937 года, остальные получили по 10 лет лагерей. В том числе и перемские церковнослужители. Об их дальнейшей судьбе ничего не известно.[2]

«20-го июля разговаривали два попа Орлов Алексей Иванович и дивьинский поп Андрей Выголов относительно троцкистов. Не те троцкисты которых расстреливают, а кто сидит и управляет государством (…)». Казалось бы, всего-то несколько строчек из донесения тайного сотрудника НКВД, но строчки эти оборвут жизнь еще двух священнослужителей нашего края.

Священник Екатерининской церкви с. Дивья А.А. Выголов (1876 г.р.) был арестован в начале августа 1937 г. Стандартно обвинялся следствием в том, что «среди колхозников систематически вел контр-революционную повстанческую террористическую пропаганду, открыто призывал к организации борьбы против Советской власти и партии. Распространял провокационные слухи о Советской власти, восхваляя расстрелянных врагов народа и их контр-революционную деятельность».

Бумагу и чернила сотрудники НКВД берегли больше, чем людей. Следственное дело А.А. Выголова содержит всего лишь 29 листов. Ни подробного расследования, ни сколько-нибудь серьезных доказательств. Приговор тройки стандартный: «Выголова Андрея Аверкиевича РАССТРЕЛЯТЬ. Личное принадлежащее имущество конфисковать».[3]

Следственное дело священника А.И. Орлова позволяет проследить не только скорбный путь уважаемого в Добрянке человека, но и выявить методы работы следственной бригады сотрудников Пермского горотдела НКВД, которые действовали в то время районе. Тут массовый подлог и фальсификация документов, «искусственное создание следственных дел о несуществующих котрреволюционных формированиях», «применение мер принуждения» и еще многое другое.

А. И. Орлов родился в 1887 г. и служил в церкви с 1907 года. Его арестовали 3 января 1938 г., как «руководителя немецкой шпионской группы», который передавал немцам сведения о продукции Добрянского и других оборонных заводов.

Дело раскрутили такое большое, что в нем нашлось место для агентов немецкой и румынской разведок, молдавских диверсантов, украинских националистов, японских и даже «эстонских шпионов». Но, как оказалось, арестованные позже пермские энкавэдэшники «сшили» его настолько грубо, что оно развалилось при первых же проверках в 1938-1939 гг. Никаких компрометирующих фактов на А.И. Орлова и других, проходящих по этому же делу лиц, обнаружено не было, а протоколы допросов были признаны вымышленными. Это же подтвердили и расследования 50-х годов. Но к тому времени батюшки уже не было в живых. 7 февраля 1938 г. А.И. Орлов был приговорен к высшей мере наказания, а 16 марта того же года расстрелян.

В январе 1938 г. в Добрянке по делу А.И. Орлова была арестована и староста Свято-Митрофаниевской церкви М.А. Ганицева. Она была объявлена «немецкой шпионкой» и участницей «молдавской шпионско-диверсионной группы». Особая тройка ГУГБ НКВД СССР также приговорила ее к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 28 марта 1938 г.[4]

Бывший народный учитель, престарелый священник закрытой в июле 1937 г. Сретенской церкви села Сенькино С.П. Субботин (1869 г.р.) тихо и незаметно жил в соседней с Сенькино д. Филатенки. Жил с женой и больной дочерью бедно, имел в хозяйстве одну козу и, чтобы прожить, занимался починкой обуви для соседей. Но в августе 37-го органы НКВД добрались и до него. Поводом для ареста священника послужило написанное под диктовку оперативников письмо жителя д. Гарюхи: «В Филатенской бригаде Сенькинского колхоза «Передовик» живет поп Субботин, который не служит, а только разлагает колхозников».

В обвинительном же заключении по делу С.П. Субботина все трансформировалось в ведение им «антисоветской, контрреволюционной агитации против всех проводимых мероприятий партии, правительства и политики Советской власти», троцкизм, создание недовольства и т.д. В обвинении нашлось место даже для поповской козы. Она, якобы, преднамеренно выходила на озимые колхозные посевы и тем самым «подрывала экономическую мощь колхоза».

Семен Петрович Субботин (1869 г.р.), был осужден тройкой УНКВД по статье 58 п. 7-10 к десяти годам лагерей и скончался 3 января 1938 г. в Каргопольлаге НКВД. Реабилитация состоялась в 1958 г. Все свидетели вспоминали его с самой доброй стороны и считали, что недоброжелатели оговорили батюшку совершенно напрасно.[5]

Репрессии 30-х годов против верующих имели широкую географию и коснулись почти всех населенных пунктов нашего района. К примеру, в сентябре 1937 г. был арестован и в октябре расстрелян бывший церковный староста Висимской Свято-Троицкой церкви В.М. Коновалов[6] и трое старообрядцев из с. Усть-Гаревая.[7] По 10 лет лагерей получили пятеро староверов Добрянки. Они были сосланы для отбытия срока в лагеря Архангельской области и Тайшетские лагеря НКВД . Самому молодому из осужденных было 60 лет.

Старообрядцев, которых в протоколах часто называли «сектантами», обвиняли в том, что они, якобы, «призывали молиться за расстрелянных членов Троцкистско-зиновьевской банды». В конце 50-х годов было проведено дорасследование этого дела. В ходе его был сделан вывод о том, что проходившие по нему добрянцы-старообрядцы «были арестованы без наличия доказательств совершения ими каких-либо контрреволюционных преступлений». В документах так и говорилось: «Где, когда, в присутствии кого, кто именно из них и что конкретно говорил против Советской власти в протоколах допроса обвиняемых не отражено».[8] Но в 1937-38 годах этого, по большому счету, и не требовалось. Старообрядцы уже по вере, по определению своему были для Советской власти все тем же «негодным элементом», который, как и православные священнослужители, подлежал списанию на «свалку истории».




[1] Калинин М.А. Черный ворон. История политических репрессий в Добрянском районе в 20-50-х годах ХХ века. – Пермь. 2004. Л. 44.

[2] ГОПАПО. Ф. 641/1. Оп. 1. Д. 17072.

[3] Там же, ф. 643/2, оп. 1, д. 29540.

[4] Там же, ф. 641/1, оп. 1, д. 13719; ф. 643/2, оп. 1, д. 29777.

[5] Там же, ф. 641/1, оп. 1, д. 16482.

[6] Там же, ф. 642/2, оп. 1, д. 29419.

[7] Там же. Ф. 643/2. оп. 1. д. 26577.

[8] Там же, ф. 641/1, оп. 1, д. 10719, т. 2.
http://www.permeparhia.ru/index.php?id=522
Tags: политические репрессии, православие, сталинизм, чк-огпу-нквд
Subscribe

  • Приехала книга Ильи Горячева...

    Только что забрал из пункта самовывоза. Сборник прозы Ильи Горячева. Прекрасный язык, калейдоскоп сюжетов, персонажей и образов. Поражаешься силе…

  • Киев в феврале 1914

    В День 4 ноября решил познакомить с хорошей книжкой Ялтинского епископа Нестора (Николая Доненко), написанной еще в 2008 г. (точнее, может, написана…

  • Илья Горячев: Тьма кромешная

    Довольно непросто писать рецензию, да еще краткую на эту книгу. Автор - отбывает пожизненное в ИК-18, и его история очень подробно освещалась. Каждый…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments